Библиотека

МЕЧЕТЬ ВАСИЛИЯ БЛАЖЕННОГО стр. 66

Размер шрифта
-
+
Тема

поет Кирилл Ривель. Он тоже приехал на воздвижение памятника: артистически седовласый, в морской робе, напоминающей о плаванье на УПС «Седов». Приехал из Питера полубольным. Что же, это понятно: день такой, что с больничной койки соскочишь, а приедешь.

Это ведь только кажется, что самый важный сейчас вопрос, сколько наших денег угробило бездарное финансовое руководство и, соответственно, сильно ли затронет страну нашу общий кризис. Есть вещи и поважнее. Право же, есть. Способность народа выживать в невзгодах зависит от силы его исторической памяти. От постижения им исторической истины.

До последнего, впрочем, еще куда как далеко. В завтрашнем дне я вновь услышу хулу на тех, кому мне сейчас довелось поклониться, услышу не единожды и не дважды. Ничего, не привыкать. Лишь бы воздвигались памятники.

Примерно так думалось мне под стук колес. В боковом кармане дорожной сумки позвякивали гильзы, предназначенные в подарок племяннице. Я собрала их после салюта в мокрой осенней траве.

Липовая сосновая роща

Настоящая битва за русскую историю разгорелась сейчас в городе Кингисеппе, который, по-хорошему, Ямбург.

Нас не удивишь: повсеместно звучат призывы «не развенчивать героев, на которых выросло три поколения советских людей», тем паче в наше время, и без того не богатое идеалами. Но, внимая кажущейся разумности этих доводов, мы можем упустить, что «не развенчивать» одних означает — оставить других оклеветанными. На примере сегодняшней ямбургской баталии это видно особенно хорошо.

Суть же конфликта сводится к тому, что городским школам, в качестве пособия по краеведенью, навязывается книга некоего А. Шевченко «Ям — Ямгород — Ямбург — Кингисепп», автор которой, к возмущению историков северо-западников, попросту переписал все пропагандистские штампы советских времен. Отношение их к реальным фактам — весьма отдаленное. Не обошлось, например, без трогательной истории о том, как белогвардейцы зверски истребили 500 человек в сосновой роще, по сию пору являющейся мемориальной.

Между тем как раз «Роща пятисот» — это, пожалуй, самый халтурно сляпанный из всех имеющихся образцов коммунистического мифотворчества. С одной стороны школьников заставляли зубрить вирши советского поэта Макарова, в которых «видел с неба июньского месяц как у рощи стояли пятьсот, а напротив, им в головы метясь, сухо щелкнул затворами взвод» и «сам Юденич в английской шинели прибыл к роще взглянуть на расстрел». С другой стороны в местный музей был торжественно помещен «перетертый веревкой сук». К суку прилагался «кусок ствола, на котором делались зарубки по числу повешенных». Так повесили этих людей или расстреляли? Никто так и не утрудился определиться хотя бы с этим. Таких нестыковок много. Цитировались свидетельства очевидцев, что «зимой на санях мертвецов вывозили как дрова»,

и в то же время никто даже не пытался скрыть факта, что как раз зимою в Ямбурге не было белых!

А между тем — какие люди числятся среди тех, кого пытаются очернить перед школьниками! Это и поручик артиллерии В. Н. Быков — правнук А. С. Пушкина по материнской линии и внучатый племянник Н. В. Гоголя по линии отцовской, это ротмистр П. А. Аксаков — правнук писателя, это ротмистр В. М. Леонтьев — праправнук А. В Суворова! И названные лица — лишь малая часть перечня, представленного историком С. Г. Зириным. Этих-то людей и обвиняют в том, что они «целыми семьями» вешали бедняков,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.