Мечты сбываются стр. 811
человечество, проиграли. Мы проиграли свою историю, Фурзд, и я не могу и не хочу больше в этом участвовать.
Фурзд молчал. «Это и ко мне относится», — подумал он на мгновение.
— Я хочу только затихающего покоя, — продолжал Террап, — я оставлю себе пригородное имение с лошадками и рептилиями. Семью переведу на другую виллу. Я хочу остаться один. С меня хватит. Свои отношения с человеческим родом я намерен закончить.
Фурзд молчал.
— Что вы молчите? Вы согласны принять власть?
— Если на то ваша воля, — вымолвил Фурзд после всего совершенно искренне.
— Фурзд, согласно вашему плану, вы не намеревались убивать меня. Я это оценил высоко. Обычно, когда свергают властителей, их убивают.
— Я бы это никогда не сделал, — ответил Фурзд и был правдив в этом.
— Но главное, что мне некому передать власть, кроме вас. Бронт, по большому счету, туп, к тому же он ваш тайный агент, значит, не самостоятелен. Остальные не в счет по сравнению с вами.
Фурзд вздохнул. В глубине зрела радость, но в то же время какое-то необъяснимое, тяжелое чувство легло на душу. Но он мог уже спокойно мыслить.
— Вы действительно считаете, что мы, человечество, окончательно проиграли свою жизнь? — проговорил Фурзд.
— Если бы я так не считал, я бы, может быть, не ушел. Не было бы такой усталости…
— Но я так не считаю, Террап, — почти вскричал Фурзд. — Только часть человечества проиграла. Мы берем человечество в целом. Другая часть согласно христианскому откровению спаслась и перешла в высший мир.
Террап положил руки на стол:
— Фурзд, я также непрерывно следил за вашим контактом с Вагилидом и русскими.
Они до конца открыли вам духовный путь всего человечества… Но, во-первых, они тоже проиграли. По архивам, доступным только нам, вы знаете, какой кошмар они пережили.
— Но та часть, которая на протяжении их истории духовно спасалась, та и спаслась, — возразил Фурзд.
— Но это не для нас,
Фурзд, и вы это отлично знаете. Может быть, только для таких одиночек, как Вагилид, может быть, для двух-трех христиан, прячущихся в пещерах Неории…
Фурзда вдруг захватила некая страсть к бытию:
— Да, мы другие, Террап, но в том, что мы остались после тотальной катастрофы, лежит глубокий смысл. Мы должны найти свое спасение.
— Вы верите в это, Фурзд. И это еще один плюс к моему решению передать власть вам… Только не увлекайтесь Вагилидом и учтите, что те знания, которые вы получили, караются смертной казнью… Конечно, к нам это не относится, но…
— Я не увлекаюсь Вагилидом. Я верю в Мессию, который скоро придет к нам.
— Я все это знаю. Потому я вас и выбрал. И вот что еще, Фурзд. Бремя власти — тяжелое бремя. Ведь за все придется платить по счетам после так называемой смерти.
Фурзд молчал, слегка наклонив голову.
— Я лично, — произнес Террап, — готов оплатить без всякой торговли предъявленный мне в будущем счет. И не боюсь этого, потому что я люблю небытие. Чего же мне тогда бояться?.. Жаль, что мне пришлось подписывать столько смертных казней по приговору судей, иногда я и сам вольничал… И все из-за этой истерии по поводу конца света… Если бы я отказывался подписывать приговоры нашим истеричным псевдопророкам, народ, по крайней мере его активная часть, да