Библиотека

Мёртвая бабочка стр. 159

Размер шрифта
-
+
Тема

более безмятежный вид, – скажем так, мы с Даниэлем по-разному воспринимали наши взаимоотношения.

Константин удивленно приподнял левую бровь, но смолчал. Странно, конечно, что он не потребовал более полного ответа, но я решила, что дело тут в Фриде, при гостях как-то не ловко говорить о таких вещах.

– Фрида, я думала, что ещё встречу тебя, да так скоро, – перевела я разговор, присаживаясь на диван и расправляя образовавшиеся складки на платье. После чего я пододвинула к себе шкатулку, в которой хранились вампирские сигареты, и закурила, – что побудило тебя приехать ко мне?

– Константин, разумеется. Когда ему что-то нужно, он

умеет быть убедительным. Да к тому же, я решила, что раз он не в состоянии правильно воспринять своё очередное отцовство, значит, ему нужна помощь. Как только я представила, какие у вас тут могли сложиться отношения за прошедшее время, то сразу согласилась приехать и поговорить с тобой. К тому же, я догадываюсь, что праздновать своё первое день рождения в обществе Константина и Принца – не то, чего бы ты хотела, не так ли?

– О! Как ты права, – облегченно согласилась я, после чего подумав, сказала, – но не во всём, за последнее время наши отношения претерпели некоторые изменения.

– Что же стало побудителем? – усмехнулась она, видя, как довольно улыбнулся вампир.

– Моя кончина и роль Константина в этом событии, – и я с улыбкой кивнула Константину, – смерть меняет не только людей, но и вампиров!

– Понимаю, – на миг её взгляд стал мечтательным и полным приятных воспоминаний, – когда Маркус так поступил со мной, я была весьма растеряна, Библия слишком сильно владела умами людей прошлого столетия. Мне пришлось хуже, чем тебе, но и легче, когда я поняла, что ада и рая нет. Что смерть всего лишь смерть. Призраки, конечно, могут говорить всякое, но мне кажется, что они просто ещё один вид сверхъестественного, имеющего другую плотность тела. С этой стороны, мы счастливчики, потому что нас ждет очень долгая жизнь, в отличие от людей.

– И даже если мы умрем, то не успеем испытать сожаления об этом, не успеем почувствовать грусть и печаль, потому что окончательная смерть для нас – это отсутствие разума, отсутствие мыслей и чувств. Наше отсутствие делающее смерть не такой страшной, какой она есть.

– О! Вижу, ты поняла нашу философию жизни, – одобрительно кивнула она, поднимаясь со стульчика возле рояля, – и смерти. Из людей, ближе всего к истинному пониманию этих слов, пожалуй, только атеисты. Только они не знают наверняка, в отличие от нас.

– Подожди, но и мы не знаем наверняка, – возразила я, искоса наблюдая за довольным Константином. Видимо ему нравились такие дискуссии, и с этой стороны его приглашение Фриды выглядело совсем по-другому. – Мы умирали не на всегда, кто знает, что такое окончательная смерть?

– София, твоё предположение тоже верно, но факт остается фактом – ни один из нас не может рассказать, что он увидел там, за гранью. Те, чувства, которые мы описывали – предшествовали нашему пробуждению, тому моменту, когда мы уже были здесь. Когда воскресали. Но когда наши сердца не бьются, когда кровь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.