Месть Исард стр. 68
что и некоторые люди сейчас, И знаешь ли, не одни ботаны — поголовно герои и провидцы, как бы тебе ни хотелось. Многие люди видели черные глубины Императорского сердца. Один из Призраков родом с Топравы. Импы довели тамошних жителей до животного состояния. Они вправе задать вопрос: а чего это мы их не освобождаем, а сражаемся за планеты, которые не просили никакой помощи? Я веду к тому, что лично мне Креннель нравится не больше вашего, и его надо щелкнуть по носу, чтобы не зарывался, но идея воспользоваться смертью Пестажа в качестве оправдания, честно говоря, хиловата.
— Мин, если я правильно тебя понимаю, — замотал
головой Дарклайтер, — то из-за того, что Республика говорит одно, а Креннель другое, очень многие задумаются, а не лежит ли истина где-то посередине.
— Совершенно верно. И захотят узнать, кто же прав.
Встал Тикхо Селчу.
— Это называется заблуждением серости. Один говорит; «белое», второй: «черное», а все остальные принимают за истину серое. Это признак ленивых умов. Тот факт, что некто занимает позицию, противоположную истинной, не перекашивает реальное положение дел. Истина всегда истина, она не перестанет быть таковой в любом случае. А в данном случае она проста: Креннель — имперец до мозга костей, в прошлом не гнушавшийся жестокости и убийства. Мы нашли лабораторию, которая доказывает, что он, возможно, строил новую Звезду Смерти или нечто подобное. Факт, что мы чего-то не знаем, не означает, что не надо искать дальше. Допустим, Креннель прав и он действительно не имеет ко всему этому отношения, но я и на минуту не усомнюсь, что он отыщет применение боевой станции.
— Даже после истории о его друге с Алдераана? — задрала бровь Инири Форж.
Тикхо негромко фыркнул.
— Я оканчивал Академию на Префсбелт-4 почти следом за ними. Креннель значился среди чемпионов по рукопашному бою, а Кепорра был просто помешан на механике и инженерии. Как же они могли стать закадычными друзьями? А даже если и были, то мне требуется что-нибудь весомее слезинки, чтобы поверить, будто гибель Кепорры глубоко тронула принц-адмирала.
Инири сложила руки на груди.
— Ты действительно думаешь, будто способен судить, что у Креннеля на сердце, по одной голограмме?
— Нет, по тому, что я знаю о нем. О его прошлом. Он устроил резню на Аксксиле и убил Пестажа на Куитрике, — Селчу прищурился. — Хотя больше всего на меня произвело впечатление, что он оставил службу только спустя четыре стандартных года после гибели друга. Лично я сбежал чуть ли не на следующий день, но я алдераанец, я не в счет. Другим потребовалось больше времени, месяц, год, даже больше, но они ушли. А Креннель оставался с Империей даже после событий на Эндоре и дезертировал, как только появился шанс узурпировать Гегемонию Пестажа. Такой послужной список свидетельствует, что Креннель думает лишь о себе.
Гэвин Дарклайтер переваривал речь старшего товарища и приходил к выводу, что полковник говорит правду. Дарклайтер провел с Разбойным эскадроном больше трех с половиной лет, и никогда не имела значение тяжесть задания; они шли и выполняли его, потому что этим делали чью-то жизнь лучше. Пожертвовать собственным будущим, чтобы кто-то незнакомый мог жить в безопасности, — это хорошая сделка. Креннель и такие, как он, не рассматривали жизнь с такой точки зрения,