Месть Розы стр. 33
них были шляпы, шляпки, шлемы самых причудливых стилей, темные намасленные кудри у мужчин переходили в черные, отливающие синевой бороды, а у женщин ниспадали на оливковые плечи. Все они были вооружены до зубов и явно настроены подкрепить любой аргумент силой клинка. – Вы, видать, проделали немалый путь?
– Немалый для одного дня, – сказал Элрик, снимая перчатки и плащ и направляясь к очагу. – А вы, мои друзья, тоже, видать, проделали путь немалый?
– Мы – попутчики на бесконечной дороге, – отвечает одна из женщин. – Мы всегда в пути. Мы обречены на странствия. Мы идем туда, куда ведет нас дорога. Мы свободные помощники цыган, чистокровные цыгане Южной
пустыни, наши предки странствовали по миру, когда еще не было никаких народов.
– Тогда я рад с вами познакомиться, мадам. – Уэлдрейк стряхнул капли со своей шляпы в очаг, и огонь зашипел в ответ. – Потому что как раз цыган-то мы и разыскиваем.
– Цыганский народ вовсе не нужно искать, – сказал самый высокий из мужчин в красном и белом бархате. – Цыгане сами всегда вас находят. А вам нужно только подождать. Повесьте знак на своей двери и ждите. Сезон почти закончился. Скоро начнется сезон нашего перехода. И тогда вы увидите переправу через мост Договора, где проложена наша древняя дорога.
– Этот мост принадлежит вам? И дорога? – озадаченно спросил Уэлдрейк, – Неужели цыгане могут владеть всем этим и оставаться цыганами?
– Я чую блевотину ума! – Одна из женщин поднялась, угрожающе положив руку на эфес своего кинжала. – Я чую помет ученой птицы. В воздухе носится чушь, а это место вовсе не предназначено для чуши.
Встав между Уэлдрейком и женщиной, Элрик снял возникшую напряженность.
– Мы пришли сюда для мирных переговоров и, возможно, торговли, – сказал он, потому что ему в голову не приходило никакого другого извинения, которое приняли бы эти люди.
– Для торговли?
Эти слова вызвали у цыган усмешку.
– Что ж, господа, в народе цыган рады всем. Всем, кто склонен к скитаниям.
– И вы отведете нас к вашим?
И снова эти слова вроде бы позабавили их, ведь, насколько понимал Элрик, лишь немногие из обитателей этого измерения отваживались путешествовать с цыганами.
Элрику было ясно, что Роза с подозрением относится к этой шестерке головорезов и вовсе не уверена, что хочет с ними идти, но в то же время она была полна решимости найти трех сестер и была готова рискнуть.
– Тут нас обогнали наши друзья, – сказал Уэлдрейк, который всегда в подобных ситуациях соображал быстрее друrax. – Три молодые женщины, похожие друг на друга. Вам они случайно не встретились?
– Мы – цыгане Южной пустыни и обычно не заводим пустых разговоров с диддикойимами.
– Вот как! – воскликнул Уэлдрейк, – Какой высокомерный народ! Все повторяется в этой мультивселенной. А мы не перестаем удивляться этому…
– Сейчас не время для обобщений, господин Уэлдрейк, – оборвала его Роза.
– Мадам, для этого всегда есть время. Иначе мы всего лишь животные. – Уэлдрейк чувствует себя оскорбленным. Он подмигивает высокому цыгану и начинает тихонько напевать: – «Пойду гулять с цыганом диким, дитя родится смуглоликим!..» Вам знакома эта песня, друзья?
Ему удается очаровать их, и они усаживаются поудобнее на своих скамьях и начинают отпускать снисходительные шутки о народах, не принадлежащих к их племени, включая народ Уэлдрейка. Необычная наружность Элрика дает