Метка смерти стр. 378
кофе и пирогами, где-то, возможно, готовится покушение на убийство.
Полицейский сохранял спокойствие.
– В ходе демонстраций мы регулярно получаем…
– Забудьте про демонстрации! – перебил его Снейдер. – Речь идет о покушении на убийство, которое планирует бывший солдат бундесвера, слетевший с катушек. Фото мужчины мы вам уже прислали. Мы знаем возможную цель – доктор Лунгстрём, и с ним я хотел бы сейчас поговорить, что достаточно важно, если ваше ценное время это позволяет.
Полицейский проигнорировал циничный тон Снейдера и глубоко вздохнул.
– Доктор Лунгстрём находится в здании, но в настоящий момент занят.
– Принимает порорасширяющую ванну у себя в номере?
– Он на важном совещании с организаторами и спонсорами. Его ожидают здесь… – мужчина взглянул на наручные часы, – через час. Затем у него первый доклад.
– Через час? – фыркнул Снейдер. – Тогда сразу готовьте мешок для трупа и убедительные объяснения для семьи.
– Не переживайте, доктор Лунгстрём поговорит с вами. Он уже проинформирован о вас.
Идем прямо сейчас к Лунгстрёму, – казалось, говорил взгляд Кржистофа, но Снейдер покачал головой. Как по мне, так этот конгресс вообще должен быть отменен, – подумал он. Только не ему здесь решать!– Когда его совещание закончится, сразу сообщите мне. Но действительно сразу! А до того времени организуйте для него личную охрану.
– Уже сделали – все хорошо. Вот ваши бейджы посетителей – пожалуйста, прикрепите их так, чтобы они были видны, – и магнитные карты с доступом во все зоны этого здания. Меня уже проинформировали о ваших специальных методах работы, как вы полтора года назад гонялись за киллером по Роттердаму. Ситуация тогда вышла из-под…
Снейдер резко оборвал его:
– Никогда не критикуйте расследование, в котором сами не участвовали!
Мужчина заскрипел зубами.
– Будьте на этот раз немного сдержаннее – и не испытывайте нашу готовность идти вам навстречу.
Без дальнейших комментариев Снейдер взял карты, передал Кржистофу его бейдж, а свой сунул в карман. Он точно не станет прокалывать иглой нагрудный карман пиджака.
Мужчина приподнял бровь, но выдавил только «Goe-dendag!»и исчез.
Высокомерный нидерландский говнюк! – подумал Снейдер, глядя ему вслед.– О чем ты говорил с этим типом? – осторожно спросил Кржистоф, который, видимо, мало что понял из быстрого и эмоционального разговора на нидерландском.
– Я вежливо попросил о встрече с Лунгстрёмом.
– Ты это называешь вежливо? – У Кржистофа округлились глаза. – Ну, может, по твом меркам. – Он помахал рукой, затем огляделся. – Думаешь, эти элегантные люди будут против, если я возьму один бутерброд?
Снейдер сделал великодушный жест рукой:
– Угощайся.
Через полчаса – в течение которых публика в лаунж-зоне дважды полностью сменилась и Снейдер несколько раз уточнял, по-прежнему ли приставлена к Лунгстрёму личная охрана, – наконец появился пожилой невысокий мужчина с животиком, говорящем о благосостоянии.
Благодаря имеющимся у них фотографиям, Снейдер тут же узнал в нем доктора Лунгстрёма. Под шестьдесят, редкие светлые волосы, неудачно зачесанные на пробор, рыжеватые бакенбарды, двойной подбородок, узковатый черный смокинг, желтая бабочка, желтые лакированные туфли и очки в желтой оправе. Тип напоминал циркового клоуна.
Дайте мне оптический прицел, и я собственноручно грохну его.Снейдер толкнул Кржистофа локтем в бок.
– Это он. Идем!
Кржистоф открыл глаза.
– Что?
– Ты здесь для того, чтобы спать или работать? – спросил Снейдер.
– Не знал, что могу выбирать, – ответил
Кржистоф и устало огляделся.