Метка смерти стр. 383
Сабина еще раз показала свое удостоверение.
– Мы хотели бы поговорить с фрау профессором Вандергаст.
Заведующая кивнула.
– Хотя она уже приняла свои лекарства, но еще не спит.
– Она знает, что мы придем?
– Поверьте мне, это не важно и ничего бы не изменило.
Сабина насторожилась.
– Что вы имеете в виду?
– Просто пойдемте со мной. – Женщина развернулась и направилась к лестнице.
Пока они следовали за заведующей, Марк взглянул на Сабину и губами проартикулировал «девяносто лет». Держа в одной руке ноутбук, указательным пальцем другой он покрутил у виска, намекая, что профессор Вандергаст не в себе.
– Я, конечно, не знаю, о
чем идет речь, но… – заведующая не договорила фразу, поднимаясь по ступеням.
Сабина не отреагировала на скрытый вопрос, а лишь сказала:
– Да?
– …но фрау профессор Вандергаст у нас уже почти семь лет, с тех пор как открылось это заведение. Она всегда была спокойной незаметной милой женщиной.
– Ее часто навещают?
Заведующая снисходительно улыбнулась.
– У нее никогда не было детей, и родственников тоже не осталось. Когда доживаешь до такого возраста, то и из друзей почти никого больше нет.
– Может, бывшие коллеги? – спросила Сабина. – Она была руководительницей отдела развития одного концерна, и, возможно, у нее еще есть контакты в этой сфере. Все-таки в свое время она получила много призов и наград.
– Поверьте мне, в таком возрасте все это больше не в счет. Время так бежит, почти никто не помнит прежних заслуг.
Печальное окончание жизни. Но в этом вся суть ее непостоянства.Они поднялись на третий этаж и прошли по коридору, сквозь стеклянный фасад которого виднелся погруженный в оранжевые сумерки ганноверский Старый город с его сияющими фонарями, городскими электричками и автобусами. Странный предзакатный свет царил под темно-синим небом, которое все более угрожающе накрывало город.
Во всем здании было наверняка более пятисот постояльцев. Некоторые обитатели медленно проходили им навстречу со стаканчиком в руке и газетой под мышкой. Сабина и Марк проследовали мимо кофейной зоны и наконец добрались до телезала. Перед ним тоже стоял полицейский с автоматом, которому Сабина без комментариев предъявила свое удостоверение. В рации у него щелкнуло.
Затем Сабина вошла в помещение. Повсюду были расставлены стулья и украшенные цветочными композициями столы, а на стене работал телевизор. Вообще, Сабина рассчитывала, что телезал будет полон и по телевизору будет идти «Холостяк», немецкая версия «Звезд ломбарда» или подобная передача, но в темном помещении на стуле сидела одна-единственная женщина и смотрела вверх на экран. Она с интересом следила за одним из выпусков игры-викторины «Погоня», которую Сабина с сестрой тоже с удовольствием раньше смотрели.
Но так поздно?Сабина взглянула на настенные часы над входом.
– Эта передача ведь не выходит в такое время? – спросила она заведующую.
Та улыбнулась.
– Это запись. Старая кассета профессора Вандергаст. Она обожает эту передачу и уже несколько месяцев смотрит один и тот же выпуск.
– Один и тот же выпуск? – повторила Сабина. Тут она заметила, что изображение на мониторе немного подрагивало.
– В этой передаче участвовала племянница ее бывшей соседки, – объяснила заведующая.
Сабина наблюдала за дамой, которая как завороженная смотрела на экран. Ее мутные глаза блестели, сухие губы беззвучно шевелились, а покрытые старческими пятнами руки неконтролируемо дрожали. Возможно, первые признаки Паркинсона. Несмотря