Межпланетные истории стр. 279
из них, словно пытаясь заглянуть под щиток шлема.
– Ого! – пробормотал он. – Кажется, рыжий?
Часовой ничего не сказал, только поднял руку в железной перчатке. А потом большим и указательным пальцем ткнул в загорелый нос Кина, оттолкнув его назад, в толпу. Он его пальцев на лице молодого ученого остались кровавые следы.
Кин аж всхлипнул от боли.
– Ладно, парень, – пробормотал ученый. – Когда-нибудь мы еще встретимся.
И тут часовой заговорил. Голос его звенел, эхом отражаясь от внутренней поверхности шлема:
– Когда это случится, постарайся, чтобы тебя оказалось как минимум двое.
А потом часовой «отступил» следом за остальными. Внешний люк со щелчком закрылся. Магнитные захваты отключились. И «Рыжая Пери», подобно ласточке, со скоростью кометы упорхнула в черную бездну.
Под ухом у Кина прозвучал голос капитана Тена Эйка:
– Какое судно! Господин Кин, как считаете: разве можно не любоваться этой «Рыжей Пери»?
Капитан все еще бормотал нечто восторженное в адрес корабля пиратов, трудолюбиво прокладывая новый курс для своего корабля. Через час появилась небольшая тупорылая ракета Лиги, вызванная сигналом Хавкинса. И тогда капитан был вынужден информировать офицеров патрульной службы о том, что корабль пиратов давно все досягаемости.
– Если бы ваше неповоротливое корыто летало чуть быстрее, такого бы не случилось… – проворчал патрульный офицер.
* * *Через год Фрэнк Кин почти полностью забыл о «Рыжей Пери» и пирате с огненной шевелюрой, хотя иногда слышал об известном пирате и вспоминал случившееся. В конце концов эти разбойники уже лет пятнадцать грабили космические трассы, не захватывая корабли, и стали чем-то вроде легенды – настоящими героями. Газеты и радио почти ежедневно вспоминали о них, и капитана «Рыжей Пери» обвиняли во множестве преступлений, хотя к части их, выполненных с меньшей отвагой, он не имел никакого отношения.
Расположение логова «Рыжей Пери» так и оставалось тайной, хотя корабли Лиги обшаривали астероиды, обратную сторону пустынной Луны и даже крошечные спутники Марса. Пират же действовал неизменно быстро, нанося удар, когда
его жертва входила в гравитационное поле какой-нибудь из планет. Он появлялся и исчезал, оставаясь невредимым.
Однако у Фрэнка Кина не было времени для изучения подвигов известного флибустьера. Он и его компаньон пятидесятипятилетний Соломон Нестор из Смитсоновского, находились там, где кроме них побывало всего несколько человек, и пребывали в весьма затруднительном положении. Им пришлось направить свою ракету «Лимбо» к черному диску Плутона, и это им совершенно не нравилось.
– Сообщаю, что мы должны посадить корабль, – прорычал Кин. – Иначе я не дам этой ржавой жестянке ни единого шанса. А потом придется заняться ремонтом. Мы даже не сможем использовать реактивные двигатели, если вы, конечно, не желаете летать по кругу.
Старый Соломон был настоящим чудом в том, что касалось жесткой радиации, химии звезд и астрофизики, но едва ли мог считаться приличным инженером.
– Не понимаю, почему мы не можем лететь зигзагами…
– Увы! Я же объяснял вам, почему. Разве зря я потратил пять часов, чтобы рассчитать маршрут до ближайшего населенного места? Это Титан, спутник Сатурна. Он всего в миллиарде миль отсюда. Я говорю всего в миллиарде, но при той скорости, на которой мы могли бы лететь, выписывая зигзаги, нам потребовалось бы четыре года и три месяца, чтобы туда добраться. А у нас продовольствия всего на три месяца. Чем