Милая плутовка стр. 139
что Джеймс ни за что не произнес бы этого слова. И затем невинно добавила: — Ах да, я забыла, что должна исключить это слово из своего лексикона. И поэтому я должна назвать себя…
— Джордж!
Она сделала круглые глаза, но вовсе не потому, что на нее подействовал отчаянный окрик Джеймса. Однако в лице Джереми явно вспыхнул интерес, он сделал к ней шаг, хотя с вопросом обратился к отцу:
— Жена? Так это женщина?
— О да, настоящая женщина, — раздраженно сказал Джеймс.
В мгновение ока Джереми сдернул с Джорджины кепку.
— О, я тебе скажу, — по-мужски восхитился он густыми черными волосами, которые упали ей на плечи. — Я могу поцеловать свою мачеху?
— Но только не так, как тебе нравится это делать, щенок, — сурово сказал Джеймс.
— А почему он не удивляется? — не сдержала любопытства Джорджина.
— Потому что не верит ни одному сказанному слову, — объяснил Джеймс.
Представляя себе будущую встречу с членами семьи Джеймса, Джорджина строила различные предположения, но до элементарного недоверия с их стороны не додумалась. Парень считал, что его разыгрывают. И в этот момент ей хотелось, чтобы так оно и было.
— Все это очень мило, — возмущенно проговорила Джорджина. — Мне глубоко наплевать, что обо всем этом думает твоя семья, Джеймс Мэлори, но до тех пор, пока они не поверят в то, что я твоя жена, я буду спать одна. — И, сверкая глазами, сказала дворецкому: — Покажите мне комнату, которая находится подальше от его спальни.
— Как пожелаете, миледи, — невозмутимым тоном проговорил дворецкий.
Похоже, обращение уязвило ее до глубины души, и она высокомерно сказала:
— Я не миледи, мой милый! Я американка. Впрочем, ее реплика не вызвала со стороны Добсона никакой реакции. Когда Джорджина стала подниматься за ним по лестнице, она услыхала, как Джереми озабоченно сказал:
— Вот так номер! Неужто ты хочешь поселить здесь свою содержанку? Тетя Рослин этого не потерпит.
— Твоя тетя будет до чертовой матери рада, парень. Можешь
мне поверить. В конце концов, Джордж носит фамилию Мэлори.
— Ну да, конечно. А я твой законнорожденный сын.
Глава 40
— Шевели ногой, Джордж. Твои новые родственники скоро вернутся домой.
Джорджина приоткрыла глаза и увидела Джеймса, сидящего на краю кровати. Очевидно, во сне она придвинулась к нему и бедром коснулась его ноги. Но больше всего встревожило ее то, что рука Джеймса лежала на ее ягодицах.
— Как ты сюда попал? — спросила она, окончательно просыпаясь.
— Пешком, как еще? Со стороны Добсона было очень разумно поселить тебя в мою комнату.
— В твою комнату? Я ему сказала…
— Да, и он выполнил все точно. В конце концов, он не слышал, чтобы я отрицал твой статус. В этом сомневается только Джереми, а не вся семья.
— Ты хочешь сказать, что он до сих пор сомневается? И ты не пытался переубедить его?
— В этом нет особого смысла.
Джорджина села в кровати и отвернулась, чтобы Джеймс не видел, как подействовал на нее его ответ. Что ж, она пробудет здесь недолго, потому что не имеет никакого значения, верит ли его сын в то, что Джеймс женат, или нет. По-видимому, Джеймс планировал посадить ее на первый же корабль, отплывающий в Америку. Очень хорошо, и чем скорее, тем лучше. Она не хочет жить в