Милая плутовка стр. 144
Зачем ты его дразнишь? Ты же знаешь, каков он.
Энтони сказал несколько более дипломатично:
— Ты, кажется, всех нас хочешь обмануть, старик?
— Если бы ты думал головой, а не задницей, ты бы сообразил, что такими вещами я шутить не стал бы, — саркастически отреагировал Джеймс.
Энтони медленно выпрямился и отодвинулся от стены. Наблюдавшая за ним Джорджина могла с точностью до секунды сказать, когда он в конце концов поверил Джеймсу. На лице Энтони изобразилось такое изумление, что Джорджина едва не рассмеялась. А Энтони потребовалось по крайней мере еще пять секунд, прежде чем он смог произнести хоть слово.
— Господи, так ты в самом деле это сделал? — И, расхохотавшись, прислонился к стене, чтобы не упасть.
— Черт бы тебя побрал, — вполголоса пробормотал Джеймс.
Рослин, как бы извиняясь, улыбнулась Джорджине, после чего, обращаясь к Джеймсу, который продолжал смотреть на Энтони, как удав на кролика, сказала:
— Ну что же ты удивляешься? Ведь ты сам, как мне говорили, немилосердно потешался над братом, когда он женился на мне.
— Не потому, что женился на тебе, дорогая, а потому, что он не мог преодолеть преграду, которую ты соорудила посередине брачного ложа.
Щеки у Рослин слегка зарумянились при воспоминании о том, как долго не могла она простить Энтони его мнимую неверность. Энтони наконец перестал смеяться и явно посерьезнел, поскольку затронутую тему не считал забавной ни раньше, ни сейчас. Во время паузы, последовавшей после ехидной реплики Джеймса, Джорджина подумала, что хорошо бы надеть хотя бы одну туфлю, чтобы при необходимости дать пинка обоим мужчинам.
Однако этого она не сделала, а лишь сказала:
— Сейчас проблема возникает перед тобой, Джеймс Мэлори.
Это вызвало новый приступ хохота у Энтони.
Джеймс напустился на жену:
— Проклятие, Джордж, ты ведь видишь, что он уже поверил.
— Я вижу лишь то, что он сотрясается от хохота, и хотела бы знать, что смешного в том, что ты женился?
— Черт побери, да это не имеет никакого отношения к тебе! Причина в том, что я вообще женился!
— Тогда почему ты ему не расскажешь, что это была вовсе не твоя идея и что мои братья…
— Джордж!..
— …принудили тебя это сделать?
Не сумев вовремя остановить Джорджину, Джеймс закрыл глаза, пытаясь представить реакцию, которая сейчас последует. Едва ли можно было рассчитывать на то, что Энтони не слышал замечания Джорджины.
— Принудили? — недоверчиво переспросил Энтони, вытирая слезы, которые от хохота катились по щекам. — А что, в этом, пожалуй, больше смысла. Сразу так бы и сказал, старик. Говоришь, принудили? — сдавленным голосом проговорил он и разразился новым, еще более неудержимым приступом хохота. Джеймс тихо сказал Рослин:
— Либо уведи его отсюда, либо от него тебе не будет пользы несколько месяцев… а может, и целый год.
— Успокойся, Джеймс, — попыталась урезонить его Рослин, сама подавляя невольную улыбку. — Ты сам понимаешь, что это сказано для красного словца, — принудили. — И, повернувшись к мужу, строго добавила: — Прекрати, Энтони. В этом нет ничего смешного.
— Ну… конечно… нет… — между приступами хохота произнес Энтони. — Сколько их было, Джеймс? Трое? Четверо?
Джеймс бросил злой взгляд на Джорджииу, словно ожидая ответа.
Джорджина ответила ему не менее яростным взглядом, после чего сказала:
— Если тебя интересует, сколько у меня братьев, скажу: их всего