Миллион и один день каникул. Гум-Гам стр. 55
Гум-гам, — у нас всегда утро. — Он показал на окно, где горело синее солнце. — С утра до вечера одно утро… А ты молодец! — Гум-гам хлопнул его по плечу. — Скажи честно: ты не боялся?
Максим вспомнил, как его перевернуло в воздухе, как увидел он близкие звезды.
— Немножко страшно, — сознался он. — Но я привыкну.
— Люблю смелых людей! А ты что подслушиваешь? — Гум-гам обернулся к Вертуну. — Эх, Вертун, совсем ты устарел, принял Великого Фантазера за какой-то глупый пылеглот…
Вертун что-то пискнул в ответ.
— Еще минута, и ты утащил бы моего друга, — хмурился Гум-гам. Придется тебя заменить.
Максим ничего не понимал: что это за пылеглот, почему Вертун хотел его утащить? Но Вертун дрожал всеми своими прутьями, и Максим пожалел его.
— Это я виноват, — с улыбкой обратился он к приятелю. — Не сердись, Гум-гам. Я не сказал, кто я такой. — И протянул руку Вертуну: — Меня зовут Максим.
Вертун осторожно пожал руку мальчика, пропищал:
— Стоит только позвать: «Вертун!» — я тут как тут. — И Вертун убежал на гибких прутьях.
— У нас была игра с летающими пылеглотами, — Гум-гам кивнул на раскиданные ящики. — Когда много пыли, я запускаю пылеглоты.
Он споткнулся о какой-то ящик и рассердился:
— Вечно ты мешаешь! Вертун, тащи его в мусоропровод!… Музыкальный умывальник, — пояснил он гостю.
— Зачем его выкидывать? Он совсем новый, — удивился Максим.
— Ерунда! — беззаботно ответил Гум-гам. — Если нужно, закажу другой, с песенками.
Вертун, толкая умывальник гибкими щупальцами, укатил его за дверь.
— Сколько в этом доме скучных вещей! — жаловался Гум-гам. — Если не придумывать новые, можно умереть от тоски… Например, знаешь, что я недавно изобрел? Утринос! Хитрая штука. Хочешь, покажу?
Максим кивнул. Он думал, что утринос какойнибудь летающий или хитро выскакивающий из кармана платок, но это оказалась доска, разграфленная на клетки и с двумя
кнопками. Гум-гам нажал на одну кнопку — на доске появился крест, нажал на другую — и рядом с крестом возник кружок.
— Понятно, — сказал Максим. — Крестики и нолики.
— Как ты догадался? — удивленно воскликнул Гум-гам. — Ах да, я совсем забыл, что видел эту игру в вашем дворе. Там две девчонки чертили на асфальте. А я сам придумал утринос! Он страшный обманщик: когда проигрывает, всегда вместо креста рисует ноль.
Гум-гам стукнул по кнопке и задумчиво сказал:
— Конечно, ты прав, Максим: это старая игра, пора ее выкинуть… Но зато, — он улыбнулся, чтото придумав, — зато ты не угадаешь, на какую букву все вещи в этом доме!
Максим удивленно огляделся, рассматривая незнакомые вещи. Правда, некоторые он уже знал: пылеглот, утринос.
— Ни за что не угадаешь! — торжествовал Гумгам: наконец-то он предложил другу забавную игру. — Пойдем, я тебе покажу.
Каких только вещей не было в доме Гум-гама! Машины для умывания, чистки зубов и вытирания, насвистывающие марши; машины для причесывания и для гимнастики — с веселой музыкой; механические щетки для скафандра, шлема, ботинок, урчащие, словно коты; телевизоры всех фасонов — со стену и карманное зеркало, экраны на умывальнике, на спинке кровати, на столах; даже чайные чашки с экраном вместо дна. Все