Миллион и один день каникул. Гум-Гам стр. 62
шепотом сказал Вовка, — я могу теперь не учить уроки. Я все умею. — И он рассказал приятелям про ночной праздник и показал лунад с таинственными словами: «Я ВСЕ УМЕЮ».
Прозвенел звонок, и Вовка сел за парту. Он втянул голову в плечи, когда учительница вошла в класс; но она его сразу заметила.
— Вова Коробков, — сказала Анна Семеновна, — ты почему сегодня опоздал?
Коробков встал. Тридцать голов повернулись к нему — ждали, что он ответит. Вова смотрел на белую стену, а видел круглую луну с отломленным краем.
— Я был на дне рождения у товарища, — медленно начал Вова, — и проспал. — Он облегченно вздохнул, потому что наполовину сказал правду.
— Почему же тебя не разбудила мама?
Вова отчетливо увидел, как мама будит его утром, а он брыкается и кричит: «Сегодня нет уроков!» Вот и докричался… Теперь весь класс будет над ним смеяться.
— Она сама проспала, — сказал он и покраснел.
Учительница покачала головой:
— В следующий раз, когда пойдешь на день рождения, ложись, пожалуйста, раньше. Видишь, что получается? Ты, наверное, и уроки не выучил…
— Выучил! — обрадованно ответил Коробков.
— Хорошо. Прочти, пожалуйста, стихи, — попросила Анна Семеновна.
Коробков встал лицом к классу, откашлялся. Уж что-что, а стихи он знал и потому будет читать громко, во весь голос. И он начал:
Лето наступило,
Высохли цветы,
И гладят уныло
Голые кусты.
Коробков читал выразительно и не понял, почему заулыбались ребята. Заулыбались и зашептали:
— Осень… Осень…
— Ты перепутал. «Осень наступила», а не лето, — поправила учительница.
— Ну да, осень, — вспомнил Вова. — Я перечитаю, Анна Семеновна.
Но, к своему удивлению, Вова опять сказал:
— Лето наступило… — и запнулся. Он твердил про себя: «Осень… Осень наступила…»
Потом помолчал, сделал шаг вперед:
— Лето наступило!…
Класс засмеялся.
— Тише, тише! — успокаивала учительница.
Вова вспомнил про всемогущий лунад, отломил в кармане кусок, сунул в рот. «Я знаю
стихотворение, — твердил он про себя. — Я прочту без лета».
— Не жуй, Коробков, — обернулась к нему учительница.
— Я не жую, Анна Семеновна. Сейчас я правильно скажу. Можно в последний раз?
Учительница кивнула, и Коробков ринулся в последний бой:
Осень наступила,
Выросли цветы,
И трубят уныло
Белые слоны.
Вова испуганно смолк. Какие слоны? Он сам не понимал, что говорит.
— Садись, Коробков, — огорченно сказала учительница.
Вовка сидел за партой сам не свой. Кусты, лето, осень, слоны — все перепуталось в его голове. Он даже не слышал звонка.
— Ну что, не помог твой волшебный лунад? — спросили товарищи, отозвав Коробкова в угол.
— Он не волшебный. Это он меня запутал!
Вовка разозлился, достал лунад, раздавил его каблуком, подбежал к окну и бросил вниз.
— Все! — Он облегченно вздохнул, сунул руку в карман и вынул круглый лунад.
Ребята смотрели с удивлением. Лунад был неоткусанный, неизломанный. И те же слова сияли на синей фольге: «Я ВСЕ УМЕЮ».
— От него не избавишься, — махнул рукой Вовка. — Хотите верьте, хотите нет.
На уроке географии Коробков сказал, что Волга впадает в Тихий океан, и получил двойку. А когда учитель диктовал домашнее задание, Вовка заметил, что написал в своем дневнике: «Выучить реки Луны». Вовка зачеркнул слово