Милосердие палача стр. 86
крупная летная школа – в сырой, подолгу накрытой густыми туманами северной Гатчине, и Александр Михайлович решил создать новое крыло русской авиатики, южное, прикрывающее Черное море и Балканы. Не знал великий князь, что не пройдет и десятка лет, как бывший ученик его Качинской школы, механик и авиатор из моряков Задорожный, член Севастопольского большевистского Совета и командир отряда, спасет жизнь и великому князю, и Ксении, и их шестерым детям, и вдовствующей императрице Марии Федоровне, и еще нескольким членам императорской семьи…
Подойдя поближе, Юра увидел, что дома школы были порядком потрепаны Гражданской войной, на многих ангарах проступили ребра – жесть растащили на крыши окрестные крестьяне.
Но все равно, у него захватило дух, когда он увидел взлетающий «ньюпор». Стрекозой он ушел в воздух, пролетел над золотистым качинским пляжем, над морем, развернулся и пошел в горы, поднимаясь выше Мекензиевых высот, что темнели поодаль.
– Неужели и я когда-нибудь смогу так летать? – вздохнул Юра.
Он почти бегом припустился к летному полю, но вовремя заметил, что оно обнесено столбами с колючей проволокой, а у единственных широких ворот, там, где стояла караулка, бродили взад-вперед два солдата. На дальнем конце поля виднелась караульная вышка.
Юра обошел все поле, но не нашел ни одной лазейки. Как пройти к жилым зданиям, чтобы
расспросить, где живет дядя… Как же его?.. Странная такая фамилия…
Походил еще немного. Вечерело. Юра был очень голоден. Отчаявшись, он направился прямо к воротам. Но оттуда, от ворот, уже шли к нему: молодой офицер в лихо сдвинутой на затылок фуражке и солдат с винтовкой. Их сердитые лица не сулили ничего хорошего.
– Тут давно за тобой наблюдают, – сказал офицер. – Уже с вышки звонили. Два раза весь аэродром обошел… Кто ты такой?
– Я Юра Львов… С маяка… А документов у меня нет… – растерялся Юра.
– Та-ак! – усмехнулся офицер. – Что ты ищешь вокруг летного поля?
– Известное дело, ваше благородие, шпион, – сказал пожилой, уставший от жары солдат. – У них, у красных, ваше благородие, сейчас пацанов приспособили наблюдать.
– Странный парнишка, это точно, – согласился офицер. – Так я слушаю, что ты здесь ищешь?
– Я ищу… я ищу… – Юра из всех сил пытался вспомнить фамилию дяди, но она никак не приходила ему на память. Но тут он вспомнил о рисунке, где тетя Оля написала фамилию мужа. – Я ищу Лоренца… Константина Яновича Лоренца. Он летчик. И у него дочь…
– Постой, постой! Кто у него жена, кто дочь – это мы знаем. Зачем тебе Лоренц? – Тон у офицера стал не таким суровым, голос помягчел, даже подобрел. – Откуда ты его знаешь?
– Видите ли, это мой дядя. Нет, не так. У моей мамы есть сестра… То есть мама умерла, но все равно… Ольга Павловна – ее сестра. И Лиза…
– Во путает пацан, ваше благородие! – усмехнулся солдат.
– А Лиза – их дочь! – отчаянно выкрикнул Юра.
– Значит, Лоренц – твой дядя? А Ольга Павловна, стало быть, сестра твоей мамы? – пришел Юре на помощь офицер, разобравшийся наконец в сбивчивом рассказе.
– Да. И Лиза – моя двоюродная сестра, – обрадованно добавил Юра.
– Кузина! – улыбнулся офицер. – Тебе ведь в поселок надо, а ты на летное поле… А в поселок – во-он по той дороге!
…Тетя Оля встретила Юру радостными слезами. Константина Яновича и Лизы