Миссия Эскарины Ставо стр. 44
в точку. Сергей вздрогнул — едва заметно — и скрестил руки на груди.
- С чего вы взяли, что у меня есть кто-то на Ганимеде?
Я нарочито небрежно пожала плечами.
- Что вы, что ваша команда недолюбливает Кенора Моранга. Что может связывать русских пиратов с офицером исследовательского флота Ее Величества, кроме Ганимедской кампании? Кенор получил звание героя, когда положил конец восстанию на Противоюпитерианском леднике, лично прикончив лидера бунтовщиков…
- Вы можете гордиться им, — перебил меня Сергей. — Займетесь этим на его корабле.
- …Если мне не изменяет память, ее звали Анна, Анна Лиховских, — не обращая внимания на его реплику, закончила я — и вот теперь не просто попала в цель, а подорвала ее ядерной боеголовкой.
От лица Сергея разом отхлынула кровь. На фоне побелевшей кожи серовато-зеленые глаза казались почти черными, злыми и холодными. Я осеклась и отступила на полшага назад, но Сергей только коротко бросил:
- Да, вы не ошиблись, — и, отвернувшись, пошел в сторону кладовки со скафандрами.
Глава 8.Френсис Дрейк
Восставший угнетённый всегда прав, и этим всё сказано.
— Аркадий и Борис Стругацкие. «Экспедиция в преисподнюю»
Библиотека «Норденшельда» была отрезана от Сети, а к компьютеру «Карпатии» не имела доступа я сама — поэтому сведения, которые удалось почерпнуть о Ганимедской кампании, оказались
крайне скудны, а основные тезисы совпадали с тем, что рассказывал Кенор.
Подледный океан на Ганимеде обнаружили еще в прошлом веке, но о настоящей ценности спутника заговорили только через сотню лет после открытия, когда ресурсов Земли стало недостаточно. Колонизация заняла рекордные полгода, после чего быстро наладились регулярные поставки льда на планету. Однако рабочие, привлеченные дополнительным водным пайком, упустили один немаловажный момент: из-за сжатых сроков компания-инвестор планировала строительство реабилитационного комплекса только через полгода после старта бурения, а за это время сбои и отказы неотлаженного оборудования съели последние средства, выделенные на колонизацию. Работа на Ганимеде оказалась билетом в один конец: без тренажеров и гравитационного комплекса персонал не мог надеяться сохранить форму, чтобы вернуться на Землю и справиться с полноценным притяжением. Ситуацию усугубила и проблема со связью: магнитосфера Юпитера часто искажала сигналы, посылаемые с орбиты, и передача полноценного сообщения требовала изрядного количества энергии — которой тоже было в обрез.
Немудрено, что на Ганимеде вспыхнул бунт.
Убедившись в бесполезности мирных протестов, рабочие захватили центральный офис колонизаторов, взяли в заложники управляющего и потребовали организовать немедленную транспортировку персонала на Землю. Разумеется, об этом не могло быть и речи: на тот момент от добросовестной работы сорока человек с Ганимеда зависели жизни двух с лишним миллиардов людей из засушливых местностей. Европейский Трейдальянс был вынужден действовать по общепринятому контртеррористическому протоколу.
К сожалению, военный флот был рассчитан на оборону Земли и не мог мгновенно оказаться на орбите Юпитера. Но по стечению обстоятельств рядом с Ганимедом пролетала исследовательская миссия «Седна», тогда еще возглавляемая Раджем Лаави. Кенор был его старпомом и, когда повстанцы прикончили капитана в ходе переговоров, сам занял его место. После гибели предшественника лорд Моранг не слишком верил в возможность мирного урегулирования конфликта, а потому принял решение разведать обстановку в центральном офисе, чтобы военные хотя бы имели представление о расстановке сил.
Кенор не любил об этом вспоминать. Но именно ему удалось