Мистификация стр. 170
Я бразильский подданный, а родился в Эквадоре.
— Но вы не похожи на латиноамериканца.
— А что такое латиноамериканец? Кого только среди нас нет. Во мне, например, кровь эквадорских индейцев. Отец был наполовину поляк, наполовину индеец.
— Вы говорите, здесь все решает сила. — Карлсон сделал долгую паузу. — Вы в этих краях давно. Ваша фазенда где-то в самой глубине сельвы? Скажите, Мигель, «зеленые дьяволы» — кто они такие или… что они такое?
На широком лице Цвикка появилось выражение искреннего удивления.
— Так ведь это легенда. Легенда местных индейцев — йаномами и других.
— Возможно, когда-то существовала такая легенда. Недавно она воскресла или ее воскресили, и я убежден, вы не можете не знать об этом.
— У местных племен множество всевозможных легенд, Бьерн. Есть и более удивительные… Например, о «летающих тарелках»…
— А они не связаны?
— Вам лучше поговорить с этнографами…
Официант снова подкатил свою трехъярусную тележку — на этот раз с горячими блюдами. Цвикк опять заговорил о ценах на нефть, о золотой лихорадке, все шире распространяющейся в Бразилии.
— Знаете, Бьерн, сколько сейчас золотоискателей в Амазонии? Не меньше восьми миллионов. В основном — безземельные крестьяне, безработные… Чтобы стать золотоискателем, достаточно иметь таз, лопату и немного продовольствия… Золотоискатели проникают в самую глушь амазонской сельвы. Тысячами гибнут от болезней, от укусов
ядовитых насекомых и змей. Ну а те, кому повезет, празднуют победу тут, в Манаусе… Манаус не только столица штата, это «столица» амазонских золотоискателей. Город наводнен мошенниками, спекулянтами, преступниками. Ради золота, которое здесь скупают, построен новый аэродром — теперь тут могут приземляться любые самолеты. Выросли десятки новых банков, организована телексная связь с «большим миром», образовались армии частных детективов, телохранителей, проституток. А вы говорите о резервациях, заповедниках в сельве… Кому этим заниматься? Власти Манауса едва-едва справляются с делами и бедами в самом городе. За его пределами они бессильны. Там истинные хозяева — фазендейро и авантюристы вроде Хьюго Биттнера, который, кстати, и не Биттнер совсем.
— Вы знаете этого человека?
— Знаю кое-что о нем, не все, конечно… Личность яркая, загадочная и весьма опасная. Такому не стоит перебегать дорогу.
— Я убежден — именно он и его люди подожгли сельву на левобережье Риу-Негру.
— Не вздумайте сказать это кому-нибудь, кроме меня. Его отлично знают в Манаусе, у него есть друзья, а человеческая жизнь тут стоит меньше, чем самая маленькая крупинка золота.
— А здешняя полиция?
Цвикк добродушно рассмеялся, махнул рукой:
— Принимайтесь-ка лучше за еду, Бьерн. Эти тарелки и блюда с подогревом, но и они недолго сохраняют мясо горячим… А мясо бразильской игуаны теряет свой неповторимый аромат, если остынет…
За кофе датчанин вернулся к интересовавшей его теме:
— Однако «дьяволы сельвы»… Вы ведь так ничего и не сказали… Что о них известно?
— С чего вы взяли, будто мне что-то известно? — пожал плечами Цвикк.
— Не хотите сказать… Жаль.
— Нет, не то… От легенд мало проку, а если точнее, бьюсь об заклад, вам тоже кое-что должно быть известно… Вы немало побродили по здешней сельве.
— Хотите, скажу, что думаю обо всем этом?
Цвикк отставил чашку с недопитым кофе, прищурился:
— Любопытно.
— Это вполне реальные существа: специально тренированные боевики или достаточно совершенные биороботы, использующие летательные аппараты нового типа…
— Интересная гипотеза…
— Да, пока гипотеза, и, вероятно,