Библиотека

Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 2. 1941–1984 гг. стр. 1437

Размер шрифта
-
+
Тема

задним числом? Вот здесь-то они и наталкиваются на непреодолимое препятствие – на «Тихий Дон» Шолохова, в котором с неотразимой силой показано, как совершался этот исторический перелом в мировоззрении трудовой массы казачества, поворот к Советской власти. И убедительность коллизий и образов «Тихого Дона» такова, а власть его над умами и сердцами миллионов людей настолько велика, что невозможно поставить под сомнение эту правду, воплощенную кистью Шолохова в образах несравненной мощи. Такое нельзя было придумать, и никто не поверит, что все это лишь плод воображения автора. Тем более, что у автора «Тихого Дона» есть одно неповторимое свойство, отличающее его от многих других писателей разных времен, – как бы вырубать из самой действительности ее огнедышащие и кровоточащие пласты и переносить их на свои полотна, брызнув на них каким-то особенно ярким светом, окропив их живой водой.

И, усвоив уроки сокрушительного краха первой клеветы на автора «Тихого Дона», эти литературные половцевы теперь уже решили действовать исподволь. Подкрадываясь издали, нахлобучивая на волчьего склада лбы башлыки, а перед этим отсиживаться в боковушках у островновых в ожидании своего часа.

Нет, мы отчетливо видим классовую природу этой новой волны клеветы, которую обрушивают на «Тихий Дон» из-за рубежа наши идейные недруги. Их начисто не устраивает «Тихий Дон», особенно его вершина, четвертая книга, потому что Григорий Мелехов, трудовое казачество под пером у Шолохова, как это и было в действительности, все больше и больше «приближаются» к коммунистам. А поэтому надо бы отцедить из «Тихого Дона» его лазоревое стремя, по которому Григорий Мелехов выгребается к берегу Советской власти. Вот бы чего хотели наши идейные недруги, буржуазные идеологи и перебежчики, эти литературные половцевы и островновы, вот во имя чего и закручивалась в их волчьем становище новая интрига вокруг «Тихого Дона» и его автора.

Нет, они совсем не знают мой народ. Как не знали его те, родственные им и столь близкие по классовой природе, кто в годы нашествия на нашу страну уже возликовал было, выйдя к Волге, и вдруг обратным, могучим движением вогнувшейся до предела пружины общенародного страдания и мужества был отброшен, а затем и выброшен из пределов нашей Родины.

Есть такие пружины и в великой сокровищнице духа нашего народа. Есть в ней и могучее творение Михаила Александровича Шолохова «Тихий Дон», который сегодня вновь и вновь оказывается в самом эпицентре международной идеологической борьбы, на переднем горячем крае великой схватки добра со злом, правды с клеветой, света с мраком.

Не случайно же перед моими глазами сейчас начертанная историком из Бронетанковой академии карта с такими знакомыми и близкими по «Тихому Дону» наименованиями: Вешенская, Казанская, Еланская, Миллерово, через которые и в годы Великой Отечественной войны проходила линия фронта. В красных кружочках на карте читаю: «22-й танковый корпус», «243-й танковый полк», «646-й отдельный танковый батальон», бойцы которых, перейдя в наступление, мощным движением пружины отбросили и выбросили врага с родины бессмертного «Тихого Дона».

Ю.В. Бондарев, первый заместитель председателя правления Союза писателей РСФСР, секретарь правления Союза писателей СССР, лауреат Ленинской и Государственной премийПеречитывая «Тихий Дон»…

Не «свирепый реализм», а редкостная искренность свойственна большим талантам типа Льва Толстого.

«Тихий Дон» – раскрывшиеся врата на длинном пути к истине.

Говорят, есть Шолохов времен «Тихого Дона»

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.