Мобильник для героя стр. 107
появился не через двадцать минут, а через полчаса — вежливость и пунктуальность явно не его конек. На все той же старенькой иномарке. Конспирируется, однако, отважный капитан. Более чем уверен, что он пару «крузаков» может купить и не сильно обеднеет при этом.
Сухо поприветствовал и тут же сорвался с места, благо светофоры уже отремонтировали и машин на улицах пока мало по причине раннего утра.
— Сейчас заберем еще одного человечка — и сразу за твоим клиентом.
«Человечком» оказался старлей из СОБРа. Именно он будет руководить захватом преступника. Группа быстрого реагирования уже выдвинулась к месту операции.
— Офисный центр «Адмирал», третий этаж. Там небольшая частная гостиница, вип-апартаменты. Вчера вечером объект был там. Один. Возьмем на раз-два, даже пикнуть не успеет, — поделился планами весельчак и балагур старший лейтенант.
Даже подмигнул мне, безошибочно опознав гражданского «шпака».
— Не дрейфь. Знал мельком того депутата, он даже в армии не служил. И вообще похож на манерного педи… — осекся полицейский, вспомнив, кто рядом сидит. — На дизайнера похож. Повяжем быстро и аккуратно.
— Зря вы так. Осторожность не помешает. Преступник в бегах, морально затравлен, может быть вооружен.
— Ну так брали бы сами, если такой опасный преступник, — снисходительно усмехнулся старлей. — Чего ваш РОСН мышей не ловит? Нас запрягли?
— Заняты. В городе черт-те что
творится. Дел по горло.
— Это да, — охотно согласился пассажир. — Такое ощущение, что магнитная буря у психов крышу посносила. Два захвата заложников только за вчера. На «Белом лебеде» блатари кипеш подняли, двух конвоиров покалечили. Плюс в оцеплении вчера полдня простояли на пожаре.
— А что за пожар? — заинтересовался я. Это какой же должен быть размах катастрофы, чтобы полдня не могли потушить?
«Белый лебедь» — это городская тюрьма, насколько я в курсе.
— Бывший завод «Протон», там какой-то дата-центр иностранцы строили. Вчерась сгорел, почти дочиста. Оборудование, говорят, на десять миллионов долларов было. Стоп, ближе не подъезжай.
Товарищи офицеры попытались оставить меня в машине, но, помня наказ Михаила и не желая лишаться вожделенной премии на целых полгода, совершенно искренне я настоял на участии в операции. Ну как «участии» — метрах в двадцати от входа постоять, чтобы не вынесли что-нибудь интересное мимо меня. Лезть внутрь — это явно лишнее будет.
Кто же знал, что именно это «безопасное» место за углом окажется самым неудачным из всех возможных.
Не знаю как, но депутат с внешностью и манерами стилиста, ни разу не служивший в армии, по словам старлея, все же как-то проскочил мимо группы по его торжественной встрече. И по закону подлости решил выйти через черный ход, а не через парадный. И даже в этом случае все могло обойтись без последствий, гражданин Юсупов должен был выйти метрах в пятнадцати за моей спиной и спокойно удалиться восвояси, по-английски, не прощаясь.
Испортил такую прекрасную перспективу мой мобильник. Детектор суггестии, будь он неладен, захлебываясь и вереща, сообщил о предельно высокой и опасной концентрации излучения. И даже выдал направление — естественно, не на центральный вход.
Не знаю, что на меня нашло, никогда раньше не замечал за собой особых героических или суицидальных порывов, но тут решил спасти свою премию за полгода. Да и план казался идеальным и верным. Стрельнуть парализатором в спину, потом лишь