Мобильник для героя стр. 11
конференцию в Прагу.
— Очень рад за Машу. Прага — замечательный город, особенно если кто-то оплатит твою поездку. Что именно от меня требуется? Я, кроме Турции и Черногории, нигде за границей не бывал.
— Нужен твой гениальный ум, — слишком грубо и неправдоподобно польстила очаровательная разводила. — Ты лучше всех из моих знакомых владеешь аглицкой мовой — даже репетиторствуешь и переводы делаешь. Нужно ее доклад перевести — не на русском же ей читать?
Приятно, что моими делами интересуются милые девушки, не забывают, и это радует, но сам заход — издалека и слишком уж мягко и ласково. Я почуял, разводят меня, пользуются добротой и благородством, хотя в душе я не такой — обычно жадный и корыстолюбивый, только тщательно это скрываю. Еще с университета пошло — если любая девчонка с нашего курса, даже несимпатичная ни разу, просит курсовую или контрольную, я не могу отказать и делаю, естественно, забесплатно, то есть даром. Рекорд — пятнадцать написанных программ за полчаса в коридоре во время экзамена. Причем лично мне экзамен поставили «автоматом» заранее, и приходить не надо было вообще. Лоховство чистой воды, но зато какой авторитет и обожание у женской половины.
— Там всего тридцать страниц. Тебе на один зубок — ты же такой умный и добрый, — промурлыкала в трубке наглая, но очаровательная соблазнительница ботаников. — Только надо срочно, на этой неделе уже.
— Ладно уж, пусть обращается. — Тридцать страниц — и вправду немного. За вечер сделаю.
Тут же перезвонила Машка и огорошила новостью, что перевести надо… какое-то литературное эссе. На тему славянских народных сказок.
«Это белый пушной зверек», — мысленно воскликнул я, когда узнал, на что подписался.
Для обычного человека нет особой разницы, какой текст транслэить. Перевод — он и есть перевод. На самом деле репетитор и переводчик — это две разные профессии! Тем более что преподавателем я был нелицензированным и нелегальным, самоучкой обыкновенным. И если разговорный английский и орфографию более или менее знал, то литературных переводов вообще никогда не делал! Я даже технических переводов не брался делать, работал строго по нескольким темам, в которых уже поднабрался опыта и словарного запаса. А «художку» переводить — это на порядок сложнее, чем инструкции к многокоординатным станкам из Китая.
Неудивительно, что Машка обо мне вспомнила, — наверняка на «фриланс» сунулась, а там ей заломили такую цену, что дешевле путевку в Прагу самой купить. Тем более что за срочность надбавка еще в четверть от суммы полагается. Обычную художественную книгу качественно перевести для Озона — это пять-семь тысяч евро только за работу. А некачественно переводить нельзя — это не инструкция для холодильника, ее носители языка читать будут. И деньги именно за это качество платят. Вы пробовали читать Диккенса в переводе Гоблина? И не пробуйте.
Самое печальное, что я не только отказаться не мог, чтобы не потерять авторитета в глазах хорошей девушки, но понятия не имел, как это сделать за неделю! Даже если ночами не спать — никак не успевал. Засада полная.
Глава 5
«Глаза боятся — руки делают» — гласит русская народная мудрость по поводу занятий, выполнение которых скрыто за горизонтом вероятности.
Как же мне этот литературный шедевр, который и на родном языке читается с трудом, перевести на