Мобильник для героя стр. 20
— бездарно слился в первую же минуту боя. Да и боем это позорище язык не поворачивался назвать.
От отчаяния и обиды на судьбу и весь мир швырнул кирпичом куда-то в сторону четвертого. И попал?!
Дикий вопль подтвердил догадку — надо же, попал все-таки. Причем на редкость удачно — как бы не в морду вражескую угодил. Вспомнился анекдот про пленного ковбоя и внутренний голос, советующий плюнуть в вождя: «Вот теперь тебе точно капец!»
Неожиданно раздалась милицейская сирена — судя по звуку, направлялись к нам.
Гопники застыли в нерешительности — вроде бы и меня надо оприходовать, и сирена на нервы действует, приближаясь. В этот момент начали звонить телефоны, причем сразу у всех. Эффект неожиданный и ошеломляющий.
Это и стало последней каплей — санитары улиц бросились наутек, таща с собой пострадавшего кореша.
— Надо же, какие бандиты у нас обеспеченные — все поголовно с сотовыми ходят? — Почему-то этот вопрос меня взволновал больше всего. — А говорят, кризис в стране.
— Как ты? Сильно болит?
Ничего не ответил, любуясь спасенной и улыбаясь. Не зря старался. Обидно было бы пострадать за какого-нибудь крокодила. Хорошенькая, даже в темноте чувствуется, хотя до Иринки, конечно, недотягивает.
— До нашей свадьбы точно доживет! — брякнул первое, что пришло в голову. Похоже, сотрясение все-таки было.
Девушка явно смутилась и покраснела.
— Спасибо тебе.
Пришлось подняться в гости, отмыться и обработать боевые раны. На автобус все одно опоздал. Заодно познакомился с будущими тестем и тещей. Юлька, так звали отбитый у разбойников хабар, отомстила за шутку, представив меня как благородного дона, который не только спас ее, но уже и посвататься успел. Родители оказались людьми прогрессивными и не без чувства юмора, поэтому знатно потроллили меня по этому поводу, обстоятельно обсудив наши с Юленькой совместные планы на будущее.
Когда я уж совсем засмущался и всерьез стал оценивать возможность побега из окна четвертого этажа, Василий Викторович, который — папа, разрядил обстановку,
сообщив, что это шутка. Никто Юльку выдавать замуж не собирается, ей еще учиться и учиться. И без калыма он ее никому не отдаст.
— Калым — это что? — насторожился я, поскольку все неизвестное настораживает, особенно в такой опасной теме, как брачные обычаи.
Оказалось, что это выкуп за невесту, который жених дарит родителям.
— И сколько просите за такую красоту? — чисто в смысле поддержания разговора спросил я ради расширения кругозора.
— Пару лямов в самый раз будет, — хитро прищурившись, поделился расценками на живой товар папаня. — Но тебе скидку могу сделать. Хорошему человеку не жалко.
— Спасибо, не надо мне скидки! — перепугался я и пошел в отказ.
Юлька фыркнула, назвала нас клоунами, старым и малым, и удалилась на кухню за чайником, демонстративно виляя аппетитными бедрами и прочими частями тела. А фигурка у нее очень даже ничего.
Выпил по рюмочке с будущим «тестем», потом вызвал такси и укатил восвояси. Ночевать отказался категорически — шутки у папочки зело веселые, а я ему очень уж понравился, даже отпускать не хотел.
— Если Юлька тебе отворот даст — ремнем выпорю! — пообещал он на прощанье и облобызал три раза на посошок.
Сама виновница торжества лишь коварно стрельнула глазками, не забыв дать номер телефона.
Черт! Я же совсем про свой мобильник забыл! Пришлось