Мой старый дом стр. 49
«Хоть бы, — думаю, — к Артуру Жановичу не попасть, у него насидишься. Он то и дело — ножницы в сторону, глаза в потолок: Савушкин, Савушкин!..»
Корреспондент
— А, постриглись, — говорит Файзула. — Это хорошо. Сейчас он придёт. Уже звонил ЖЭК. Садитесь, шахматы играйте. Шумно не играйте.
Совсем помешался на этом корреспонденте. Сидит в чёрном костюме посреди своего скверика. На столе перед ним фарфоровый чайник и две пиалы. Файзула чай пьёт. Чай он пьёт только зелёный. Я однажды попробовал — это просто горечь. В нём ни крошки сахара. Файзула пьёт эту гадость по десять раз в день.
Голуби вокруг него разгуливают, воробьи на ветках чирикают. Он сидит в сквере, как в родном кишлаке, никто ему не мешает. Пьёт чай и обдумывает повышенные обязательства. Файзула говорит так: «Чай не пьёшь — откуда силы берёшь?»
Спортом надо заниматься, вот откуда силы.
Вдруг и в самом деле во двор входит человек в очках и светлом пиджаке. За ним почему-то идёт Тентелев.
— Эй, пожалуйста, — кричит Файзула. — Сюда проходите! Здравствуйте! Салям алейкум! — Файзула берёт его руку двумя руками.
Корреспондент садится за столик вместе с нами.
— Это я и есть Файзула Абдурахманов, — говорит Файзула. — Пейте зелёный чай. Вкусный, свежий. Только что заварил. У нас обычай такой: сначала чай пьём, потом разговариваем. Как ваше здоровье? Как здоровье жены?..
— Да я, собственно… — говорит корреспондент, но Файзула его не слушает.
— Как здоровье детей? Папы, мамы?..
— Вкусный чай, — говорит корреспондент.
— Очень вкусный, — говорит Файзула. — Очень полезный!
— Хорошо у вас во дворе, много зелени.
— Очень хорошо! — говорит Файзула. — Много работаем. По всем показателям. Пятый показатель — зелень.
— Пятый? А первый какой?
— Первый — квартплата.
Корреспондент чай выпил и говорит:
— Я к вам знаете по какому вопросу?
Файзула кивает:
— Знаем, знаем! ЖЭК предупредил.
А в это время другие ребята подходят: Семёнов, Дубарев, Куркина. Что корреспондент должен прийти — все слышали.
— Я вам все данные приготовил, — говорит Файзула и вынимает из кармана пачку листков. — Вот макулатура. Вот зелень. Вот пищевые отходы. Вот работа с детьми. Я с ними очень много работаю, они скажут.
— Да мне не это надо, — говорит корреспондент. — Я не по этому пришёл. Мне нужен Саша Скачков.
Все повернулись ко мне. А Файзула говорит:
— Вот этот Скачков. Но мы за него не отвечаем.
— Который Скачков? — спрашивает корреспондент.
«Ну, — думаю, — это насчёт грудняка». Я говорю:
— Ну, а чего я такого сделал? Прокатил немного его, так я ж только до угла… Ну, чего особенного?..
Корреспондент говорит:
— Какой — этот? Это не Скачков.
— Как не Скачков? — удивляется Файзула.
Ну вот, я уже и не Скачков.
Я говорю:
— Кто, я не Скачков? А кто же я, по-вашему?
Все кричат:
— Скачков! Это Саня Скачков! Мы его все знаем!
Корреспондент даже очки снял.
— Странно, а он совсем по-другому выглядел.
— Он постригся, — сказал Файзула.
Корреспондент снова надел очки и кого-то поискал глазами. Взгляд его упёрся на Тентелева.
— А ты мне голову не морочишь? Ты же говорил, что вы очень просите прийти к вам во двор из-за Скачкова. А его здесь нет.
— Правда, правда, — говорит Файзула, — его здесь нет. Он больше здесь не живёт. ЖЭК за него не отвечает.
— Ничего не понимаю! — сердится