Библиотека

Молчание солдат стр. 283

Размер шрифта
-
+
Тема

Не пропустили... Не только команду, но и подошедшее подкрепление. Поздравляю.

– Потери большие...

Согрин садится на камень и открывает планшет. Сейчас уже заметно, что начинает светать и пурга вроде бы стала стихать. Но все же подсветить себе фонариком приходится.

Майор заглядывает в карту космической съемки.

– Хорошие у вас карты. Мы со старьем работаем. На изгибах дыры.

– Идти боевики могут только в сторону ледника, – вслух размышляет полковник.

– Или будут возвращаться в долину другим путем, чтобы новые шесты приготовить. А эти мы с удовольствием сожжем. После такой ночи надо согреться... Вам тоже не мешало бы.

– Мы в преследование пойдем, – неожиданно за спиной майора появляется Сохно.

– Ты откуда? – поднимает голову Согрин.

– С тропы свалился. Там четверо раненых, из них один – тяжелый, один убитый... По верхней тропе трое убитых, в сторону ледника ушли двое боевиков. На снегу кровь... Один – ранен, но, кажется, легко. Даже не хромает, судя по следам... Почти бежит. От второго не отстает. Надо додавить...

– Знакомьтесь, – представляет полковник. – Подполковник Сохно, майор Смурнов, – и сразу же возвращается к карте, продолжая начатую подполковником тему. – Будем догонять. Надо определить возможные пути. И у костра погреться, к сожалению, не успеем. Собирай группу!

– Рапсодия, я Танцор, – звучит в наушнике «подснежника». – У меня сеанс связи на носу. Перекусите пока. Это пятнадцать минут. Антенну растягиваю здесь. Внизу будут помехи.

– Работай, – соглашается Согрин и вздыхает. – Я сейчас к тебе поднимусь...

– Охранение выставили? – Вопрос Сохно обращен к майору.

– Да-да... Сейчас... – Майор убегает в пургу, но его еще долго видно, видно как он жестикулирует, отдавая распоряжения. Пурга уходит в сторону, вдоволь поиздевавшись над людьми.

2

Аббас Абдутабаров полностью растерян. Как и что случилось? – он не понимает. Казалось, вот только что казалось, будто победа уже у них в руках, победа над численно превосходящим противником, приготовившимся их уничтожить. И даже плохая видимость не могла бы помешать такому исходу атаки... Он стрелял и стрелял, в каждую тень, в каждое движение внизу, хоть чуть-чуть отличающуюся от безостановочного движения пурги. И вдруг почувствовал, что Раундайк тащит его за рукав. Поднимает и тащит прочь, сам пригибаясь, словно стоит под обстрелом. Снизу, конечно, отстреливаются. Но Раундайк так стоит, что снизу его не видно. Он прячется от другого противника. От того, которого не видно и нападения которого никто не ждал.

– Что? – резко спрашивает Аббас. Ему не нравится, что его отрывают от боя.

И тут же понимает – что...

Понимает даже без движения руки Раундайка, показывающего

ему. Два боевика, выделенных в левую группу Дуквахой, лежат без движений, уткнувшись неподвижно застывшими, оскаленными лицами в снег. У одного рука к упавшему с обрыва автомату тянется, у второго в камень уперлась, и пальцы в судороге в этот камень вцепились, словно пальцы стремятся схватить это последнее оружие. Но уже невозможно ни упавший автомат поймать, ни камень приподнять. Смертельный оскал на лицах говорит об этом однозначно. Аббас в свои молодые годы не в первый раз встречается с таким выражением лица. И стрельба идет сбоку, с тропы, которую они недавно миновали, оставив такие ясные отпечатки в свежем снеговом покрове.

– Ловушка! – говорит Раундайк. –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.