Молчание солдат стр. 362
не вывели до окончания тропы. Теперь – самое трудное. Впереди спуск, потом продвижение поперек почти отвесного склона, куда они и здоровые еле-еле прошли, ведомые Анваром. А теперь Анвара по этим же местам предстоит нести...
Аббас останавливается. Сажает разведчика спиной к большому округлому камню. Николай тяжко вздыхает и вытирает со лба пот:
– Не пронесем там. Самим бы пройти...
Аббас не отвечает, смотрит на наемника, словно не видит его. Соображает. Потом снимает с плеч свой рюкзак. Пробует на прочность лямки – сильно, чуть не со злобой дергает. Лямки крепкие. Тогда он рюкзак раскрывает и начинает выбрасывать из него почти все.
Летит с горы комком, цепляясь за камни, теплый свитер, собственноручно связанный и подаренный когда-то воспитательницей Аббаса из детского дома. Следом летят три банки рыбных консервов и кусок лепешки... Летят пустой рожок от автомата и ракетница без ракет... Виснут на склоне, зацепившись, теплые запасные носки... Кувыркается, раскрываясь, шелестит на ветру страницами книга... Только нож перевешивается на пояс. Жалко нож. Лезвие хорошее, гвозди перерубает... Последний предмет – Аббас вытаскивает общую тетрадку своего подробного дневника, несколько секунд думает, ощупывает карманы разгрузки, но они полные, и он с заметным сомнением убирает тетрадку за пазуху к Анвару. К правому плечу, потому что левое пробито пулей... Потом движения снова становятся энергичными, Аббас ножом в два движения прорезает в рюкзаке отверстия для ног.
– Сможешь сам надеть? – спрашивает Аббас.
Анвар смотрит на него со страданием в глазах. Морщится, но шевелится, пытаясь руки протянуть и попробовать. Но наклоняться ему трудно, и Аббас сам, стараясь не причинить боль резким движением, натягивает на товарища импровизированные шорты так, чтобы лямки оказались спереди.
– Ремень снимай, – командует он Николаю.
– Может, и штаны тоже? – ворчит Николай, но все же снимает с себя широкий и длинный брючный ремень.
Аббас примеряет. Длины ремня все равно не хватает для того, чтобы пристегнуть к нему тело Анвара. Тогда он просто продевает ремень под брючный ремень Анвара, снимает свой ремень и продевает точно так же. И только после этого снова командует наемнику:
– Помоги ему встать!
Николай поддерживает Анвара сбоку. Аббас протягивает руки и плечи в лямки рюкзака, а два брючных ремня застегивает у себя на груди. Так можно нести, хотя и тяжело – ноги сразу чувствуют дополнительный вес и готовы согнуться от тяжести и усталости.
– Вперед!
* * *Спросить Аббаса, как он шел по крутому склону, как цеплялся пальцами не только за каждую выемку, каждую трещинку, каждый камень, но и за ровную поверхность, и это в то время, когда Анвар всей своей тяжестью тянет его откинуться и свалиться – Аббас не смог бы объяснить. Шаг за шагом. Невообразимым образом переставляя ноги в поисках твердой опоры, сам чувствуя, как холодеет что-то внутри, в животе, от естественного страха падения. Но все же он прошел самый трудный участок. И вынес товарища.
Николай сразу уходит вперед и дожидается молодого командира уже на ровном месте. Там Аббас отстегивает ремни, переводит дыхание и сбрасывает лямки рюкзака:
– Твоя очередь...
Николай не возражает, хотя вздыхает. Но подставляет плечи, с помощью Аббаса надевая рюкзак. Здесь путь проще, тропа спускается полого. И преодолевают ее,