Молчание солдат стр. 371
Последний предмет – Аббас вытаскивает общую тетрадку своего подробного дневника, несколько секунд думает, ощупывает карманы разгрузки, но они полные, и он с заметным сомнением убирает тетрадку за пазуху к Анвару. К правому плечу, потому что левое пробито пулей... Потом движения снова становятся энергичными, Аббас ножом в два движения прорезает в рюкзаке отверстия для ног.
– Сможешь сам надеть? – спрашивает Аббас.
Анвар смотрит на него со страданием в глазах. Морщится, но шевелится, пытаясь руки протянуть и попробовать. Но наклоняться ему трудно, и Аббас сам, стараясь не причинить боль резким движением, натягивает на товарища импровизированные шорты так, чтобы лямки оказались спереди.
– Ремень снимай, – командует он Николаю.
– Может, и штаны тоже? – ворчит Николай, но все же снимает с себя широкий и длинный брючный ремень.
Аббас примеряет. Длины ремня все равно не хватает для того, чтобы пристегнуть к нему тело Анвара. Тогда он просто продевает ремень под брючный ремень Анвара, снимает свой ремень и продевает точно так же. И только после этого снова командует наемнику:
– Помоги ему встать!
Николай поддерживает Анвара сбоку. Аббас протягивает руки и плечи в лямки рюкзака, а два брючных ремня застегивает у себя на груди. Так можно нести, хотя и тяжело – ноги сразу чувствуют дополнительный вес и готовы согнуться от тяжести и усталости.
– Вперед!
* * *Спросить Аббаса, как он шел по крутому склону, как цеплялся пальцами не только за каждую выемку, каждую трещинку, каждый камень, но и за ровную поверхность, и это в то время, когда Анвар всей своей тяжестью тянет его откинуться и свалиться – Аббас не смог бы объяснить. Шаг за шагом. Невообразимым образом переставляя ноги в поисках твердой опоры, сам чувствуя, как холодеет что-то внутри, в животе, от естественного страха падения. Но все же он прошел самый трудный участок. И вынес товарища.
Николай сразу уходит вперед и дожидается молодого командира уже на ровном месте. Там Аббас отстегивает ремни, переводит дыхание и сбрасывает лямки рюкзака:
– Твоя очередь...
Николай не возражает, хотя вздыхает. Но подставляет плечи, с помощью Аббаса надевая рюкзак. Здесь путь проще, тропа спускается полого. И преодолевают ее, не прячась, не ползая среди камней, как делали это, отправляясь вверх. А внизу их уже ждут. Только там Аббас узнает, кто пришел к нему на помощь, и с удовольствием пожимает руку страшно улыбающемуся Дуквахе.
– Где твои люди? – спрашивает Дукваха.
– Все здесь... – мрачно сообщает Аббас.
Анвар стонет. Он потерял сознание еще на подходе к спасителям.
– Носилки сделайте, – вместо Дуквахи отдает распоряжение Раундайк, и Аббас бросает на журналиста благодарный взгляд, хотя Руслан Вахович не слишком любит этого надоедливого человека и всегда старательно избегает бесед с ним.
– Сто шагов по ущелью, – показывает Аббас рукой. – Мы заготовили шесты для всего отряда, но вынести их не смогли. Сначала засада омоновцев, потом армия...
– И что с омоновцами?
– Мы перебили их... Потом нарвались на вторую засаду. Третий отряд напал на носильщиков... Мы носильщиков отбили, а они новую засаду сделали... С ними ты расправился...
– Половина ушла. Даже больше... – с сожалением говорит Дукваха.
Они разговаривают по-чеченски, и стоящий рядом Раундайк только часто
моргает