Библиотека

Молчание солдат стр. 370

Размер шрифта
-
+
Тема

не желая бросать раненых на мучительную смерть. Федералы очень удачно использовали знание места, которое они успели изучить в светлое время суток. И если бы не помощь со стороны, и сам Аббас не выжил бы в этой ситуации. Ему не дали бы добежать до поворота тропы, как не дали остальным.

Анвар дышит тяжело, морщится от боли, но не стонет. Хорошо себя ведет и изо всех сил старается идти самостоятельно, чтобы не нагружать товарищей лишней ношей.

Аббас вдруг видит на руках Николая рукавицы. Вспомнилось, где он нашел одну пару. Нашел именно тогда, когда рукавиц у Николая не было.

– Рукавицы... – говорит Аббас.

– Что? – не понимает Николай и смотрит на голые руки Анвара.

– Ты же рукавицы потерял...

– Нашел... В задний карман их, оказывается, сунул...

Аббас понимает, что поднять рукавицы одного из убитых – нет ничего проще. И никак не докажешь, что именно рукавицы Николая нашел он под «разгрузкой» у убитого омоновца. Аббасу самому хочется верить, что рядом с ним не предатель. При всей его нелюбви к этому русскому наемнику, хочется верить. Аббас считает предательство самым последним делом. Ничего хуже нет. Можно врага уважать. Страшного, жестокого, безжалостного – уважать можно. Но никто и никогда не уважает предателей. Николай уже предатель. Он предал своих, когда сдался в плен и остался воевать за деньги. Он может и во второй раз предать. Точно так же предать, как в первый. Потому и верить ему трудно...

Но предатель мог бы сейчас воспользоваться моментом и застрелить Аббаса вместе с Анваром. Это было бы большим ударом для Руслана Ваховича, понимает Аббас. Хотя зачем предателю молодые парни, ничего не решающие... Ему, если Николай в самом деле предатель, нужен только сам эмир Имамов и весь отряд целиком.

Анвару с трудом дается каждый шаг. Ноги не слушаются, цепляются за каждую кочку, за каждый камешек, в ямках и трещинах остаются. И

чем дальше ведут его, тем шаги неувереннее и неувереннее. А нести надо... Быстрее... Часть федералов наверняка, отступив с противоположного склона, перегруппируется, вызовет подкрепление и постарается перекрыть пути. И следует поторопиться, чтобы успеть пройти опасный нижний участок до перегруппировки.

Вынесли, а не вывели до окончания тропы. Теперь – самое трудное. Впереди спуск, потом продвижение поперек почти отвесного склона, куда они и здоровые еле-еле прошли, ведомые Анваром. А теперь Анвара по этим же местам предстоит нести...

Аббас останавливается. Сажает разведчика спиной к большому округлому камню. Николай тяжко вздыхает и вытирает со лба пот:

– Не пронесем там. Самим бы пройти...

Аббас не отвечает, смотрит на наемника, словно не видит его. Соображает. Потом снимает с плеч свой рюкзак. Пробует на прочность лямки – сильно, чуть не со злобой дергает. Лямки крепкие. Тогда он рюкзак раскрывает и начинает выбрасывать из него почти все. Летит с горы комком, цепляясь за камни, теплый свитер, собственноручно связанный и подаренный когда-то воспитательницей Аббаса из детского дома. Следом летят три банки рыбных консервов и кусок лепешки... Летят пустой рожок от автомата и ракетница без ракет... Виснут на склоне, зацепившись, теплые запасные носки... Кувыркается, раскрываясь, шелестит на ветру страницами книга... Только нож перевешивается на пояс. Жалко нож. Лезвие хорошее, гвозди перерубает...

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.