Молчание солдат стр. 376
что их товарищи отстали. По правде говоря, они надеялись на их физическую подготовку так же, как на свою, и совсем не верили в такую же подготовку гораздо более старших по возрасту спецназовцев ГРУ. А теперь оказывается, что и их выносливость на пределе, а спецназовцам хоть бы что, и они готовы ночь до конца так же носиться по снежным горам, а потом и днем продолжать преследование. Новичкам это показалось хождением за пределом возможного. Но – молчат и терпят...
След, ведущий на спуск, начинает идти не по прямой, а классическим серпантином. Так, конечно, спускаться легче. Но Согрин поднимает бинокль и пытается
рассмотреть то, что можно рассмотреть в непосредственной близости при такой плохой видимости. Смотрит, не останавливаясь при этом, рискуя сам скатиться по склону. Наконец убирает бинокль в футляр:
– Веревку... И включить «подснежники»...
Веревками лейтенанты обеспечены. И полковник правильно сообразил, что значительно сократит время, воспользовавшись техникой горного хождения. Веревка пропускается через карабины, закрепленные на поясе. Первым спускается сам полковник. Впрочем, такой спуск можно и без веревки проводить, хотя это в темноте гораздо опаснее. Тем не менее через короткий промежуток времени в наушниках раздается голос Согрина:
– Я Рапсодия. Веревки хватает на три витка серпантина... Следующий...
Спускаются два лейтенанта, за ними Кордебалет. И после этого конец веревки сползает в руки Согрина. Сохно сверху страховать некому, и подполковник спускается сам, причем не менее быстро, чем остальные спускались по веревке.
– Какая встреча! – восклицает он внизу. – Давно не виделись.
– Поехали дальше... – не останавливается полковник.
Следующий этап преодолевают в том же порядке, только теперь уже самостоятельно, без страховки, спускается Кордебалет. Третий этап начинает Сохно, а заканчивает Согрин. Но третий этап короткий. Преодолевают всего два витка серпантина, а третьего не находят, и Сохно вынужден даже слегка подняться, чтобы выйти на след.
– Теперь – за ними!
– Мы на склоне... Спускаться? – раздается в наушниках голос лейтенанта Юрова.
– Я не давал приказа на отдых, – на ходу сухо отвечает полковник.
* * *Отставшие лейтенанты оказываются гораздо лучшими горниками, чем показали себя марафонцами. В наушниках хорошо слышно, как они переговариваются:
– Крюк вбей... Сюда... Так...
– Нет-нет... Не видишь... Трещина слабая... Выше вбивай... Вот...
– Ага... Пропускай веревку... Стравливай...
Согрин пятнадцатью минутами раньше не стал терять время на вбивание крюка, чтобы все спускались в одинаковых условиях, и веревку можно было бы потом протянуть через кольцо и сохранить. Он просто не сомневался, что его офицеры и он сам даже без веревки спустятся без проблем. Лейтенантам привычнее классический спуск. И то хорошо, что не так далеко отстали. В случае боя три лишних ствола могут пригодиться. Но полковник поджидать отставших не намерен. След еще видно, хотя снегопад-предатель стремится занести его как можно быстрее. И потому поспешность необходима.
Так, прямо по следу, они и спускаются в долину. Здесь светят фонариками открыто. В пургу, уже и вниз с перевала свалившуюся – вот уж действительно снег на голову! – издали увидеть луч фонаря невозможно. Видимость в таких условиях и днем бывает не больше восьмидесяти – ста метров, а уж ночью тем более.
Наклонившись, осматривают следы. Быстро и внимательно. Здесь боевики отдыхали. Отчетливо отпечатались места,