Молчание солдат стр. 399
но опять выстрелов не слышит и только тут понимает, что в пылу боя уже менял рожок и патронов у него больше нет...
Он оборачивается. В снежной кутерьме уже едва угадывается спина отходящего Раундайка. И только тогда Аббас бежит, догоняя единственного оставшегося с ним участника группы. Однако, уже оказавшись с журналистом рядом, Аббас вдруг вспоминает, что около убитого боевика лежит его автомат. Там еще могут быть патроны. Он пытается рвануться туда, но сильная рука Раундайка ловит его за локоть и тащит по тропе.
– Патроны! Там – патроны...
– Там – федералы... Они нас видят... У них ПНВ...
Аббас соглашается. И торопится, пробираясь как можно дальше от места засады.
Самое плохое: ни он сам, ни Раундайк не знают, куда эта тропа приведет их. Она может вывести одинаково и на вершину перевала, и спустить вниз, в долину. И что лучше – непонятно, потому что засада может быть везде.
– Патроны есть? – спрашивает Аббас.
– Два выстрела, – на ходу отвечает Раундайк.
– Один тебе, один мне... – Аббас шутит мрачно.
И снова идут, торопятся до тех пор, когда наконец понимают, что тропа идет ровно, а долина поднимается почти до ее уровня. И пурга, словно завершив спектакль в темноте, распахивает шторы – стремительно стихает, делая видимость пусть и не полной, но, можно сказать, удовлетворительной. Впрочем, Аббас знает, что это ошибочное мнение, пурга не стихает, а уходит куда-то в сторону, чтобы и там кого-то накрыть, спрятать или, напротив, заманить в ловушку. Пурга в горах часто ходит полосами.
– Дукваху надо искать, – решает Аббас.
– Где его искать?
– Там, где он был.
И Аббас, присмотревшись к склону, решает, что момент и обстановка подходящие, и прыгает, чтобы просто съехать в долину. Высота небольшая. Даже оттого, что он переворачивается и лицом в сугроб ныряет, не расстраивается. Не до того сейчас. А по противоположному склону, еще более пологому, можно до тропы подняться. Где-то там Дукваха...
* * *Аббас не думает о том, что может случиться, если Дуквахи больше нет, а по тропе навстречу ему выдвигаются федералы. А это вариант не просто допустимый, но даже вполне естественный. Это прекрасно понимает Раундайк, но он почему-то встречи с федералами не боится. И смело идет за Аббасом, у которого даже патронов в рожке автомата нет.
Дукваха появляется из-за поворота тропы буквально через две минуты. Вернее, сначала появляется Николай, а через пару секунд Дукваха, отстающий и зажимающий рукой плечо. Оба они останавливаются, не сразу сообразив, кто идет по тропе впереди, и вскидывают оружие. Но узнают быстро и прибавляют шагу. Аббас с Раундайком останавливаются, дожидаясь.
– Что произошло? – спрашивает Дукваха с десяти шагов. Ветер уже не такой, чтобы отнести слова в сторону. – Нас обстреляли снайперы с вашей позиции. Снайперы и автоматчики...
– Нас атаковали в спину, – говорит Аббас и опускает голову. Ему стыдно, что он и свою группу потерял, и Дукваху подставил.
– Это была ловушка, – решает Раундайк. – Они ожидали нашего появления.
– Если бы это была ловушка, вы не вышли бы... Они перекрыли бы тропу и с другой стороны.
– Сил не хватило.
– Хватило бы пары человек, чтобы вас запереть. Кроме
того,