Молчание солдат стр. 436
Доктор Смерть.
– Я понимаю твой вопрос. И думаю, что я здесь тоже ни при чем. Это прямая работа для управления антитеррора и для прокуратуры... Мы в данной ситуации только коснулись запретной темы и нажили себе несколько беспокойных ночей. Но проконтролировать то, за чем охотится лаборатория, мы обязаны вместе с ФСБ и ГРУ. Я не думаю, что мы в состоянии повлиять на события, если так называемый «поцелуй двузуба» окажется в руках российских спецслужб. Именно спецслужб и только спецслужб... А «Лабораторию № 36» я к таковым не отношу. Окажется и окажется... В конце-то концов, спецслужбы всего мира ведут исследования в этом направлении, и не дело Интерпола контролировать работу спецслужб. Наша задача проследить за тем, чтобы «поцелуй двузуба» не оказался в руках террористов или... Или политических авантюристов. Вот тогда мы может бить в колокола и активизироваться по полной программе...
– С такой постановкой вопроса и я согласен, – говорит капитан Рославлев.
– Теперь второй вопрос. Вернее, не вопрос, а простая информация. Генерал Астахов просит нас проявить внимание на тот случай, если подвернутся какие-то материалы по событиям в Дагестане и Карачаево-Черкесии. То, что говорил генерал Спиридонов... Спиридонов передал данные Астахову, и теперь лейтенанта Саакяна уже можно объявлять в розыск. Возможно, и его товарищей,
но это не наш вопрос... Нас пока просят только быть внимательными к информации.
– Будем, будем, – соглашается Доктор. – А спать я буду? Двое суток на ногах...
* * *Из кабины пилотов выходит вертолетчик, наклоняется, чтобы его было слышно:
– Полковника Мочилова вызывают на связь...
– Москва? – Юрий Петрович чувствует некоторое беспокойство, боится, что нашлись силы, которые повлияли и на решительность генерала Спиридонова.
– Нет. Ханкала. Майор Дубровский...
Полковник спешит в кабину, где ему протягивают наушники и ларингофон. Юрий Петрович наушники прикладывает к уху, ларингофон к горлу:
– Слушаю, Мочилов!
– Товарищ полковник, – докладывает Дубровский. – Ошибочка вышла. Это не тот пленный.
– Какой пленный? – не сразу понимает Мочилов.
– Мальчишка. Это Анвар, друг Аббаса...
– Так, понял... Что старший Аббас?
– Разговаривает с Анваром. Про сына расспрашивает... Но тут, понимаете... Генерал Стригун требует выдать ему пленного... Что делать?
– Сможешь попросить этого Анвара на время назваться Аббасом? На несколько часов...
– Смогу. Он парень хороший.
– Объясни ему, что этим он друга выручит... И пусть старший Аббас старается рядом быть, словно это в самом деле его сын. Ломайте комедию...
– Понял! Постараемся...
Мочилов возвращает атрибуты связи пилоту и выглядывает сквозь стекло фонаря.
– Подлетаем, – сообщает пилот. – Там бой идет... Где вас высадить?
– Как можно ближе!
– Ближе не могу. Только там, где место позволит. Вон там площадка. Для всех машин места хватит...
– Далеко.
– Ближе – склон.
– Выбрасывай над склоном, сам садись на площадку!
Полковник возвращается в салон.
– Подготовиться к десантированию! – звучит команда.
* * *Аббас не боится пуль, хотя и не имеет желания подставлять себя под случайные выстрелы. Он сидит на снегу, прислонившись спиной к камню, положив на колени руки, скованные наручниками, и не знает, как он может помочь Руслану Ваховичу. И вдруг недалеко от него из-за другого камня появляется страшная и смешная одновременно физиономия.