Моролинги стр. 770
незаданные вопросы.
Переварив объяснение, я тактично осведомился:
– А причинно-следственной путаницы вы не боитесь?
– Я же еще пока ничего не нашел…– усмехнулся он. – Так о чем ваше дело?
– Профессор, вы помните тот семинар, на котором Эдуард Брубер призвал нас встать на защиту моролингов?
– Да, конечно.
– Потом вы устроили обед в честь гостя.
– И это было…
– Во сколько он закончился, вы не припоминаете?
– Около десяти, кажется…
– И вы сразу поехали домой?
– Да, Брубер довез меня до дома.
– А остальные преподаватели – доцент Семин, академик Чигур и прочие – они были с вами?
– Нет, каждый из них отправился домой на своем флаере… Хотя нет, кажется Семин был без флаера. Он хотел идти к «трубе». Чигур предложил подвести, но Семин, по-моему, отказался.
– Вы пригласили Брубера к себе?
– Да, но он куда-то спешил, поэтому приглашения не принял.
– То есть в тот вечер вы оставались один.
– Если бы я не знал, что вы расследуете убийство, – недовольно заворчал Цанс, – я бы назвал этот вопрос вмешательством в личную жизнь.
– Итак, вы были одни.
– Один. Это то, о чем вы собирались меня спросить?
– Нет, я приехал с предложением. С предложением от моего босса. Ему необходима ваша консультация.
– Какого рода? – спросил Цанс настороженно.
– Профессионального. Он попросит вас поработать с программой, написанной Корно для Темпоронного Мозга. Наши специалисты не в состоянии расшифровать ее содержание. Помочь нам сможете только вы.
– Перешлите мне программу.
– Нет, профессор. Я понимаю, что сейчас вам очень тяжело надолго покидать дом, но вся работа должна быть проведена у нас, в нашей лаборатории. Мы обеспечим вас всем необходимым, включая транспорт и медицину.
– Последнее излишне, – гордо возразил он, – ночевать, я надеюсь, мне позволят дома?
– Безусловно. Но под охраной.
– По-моему, это тоже излишне… – проворчал Цанс. – Хорошо, я согласен.
– Прекрасно! Во сколько вы сегодня освободитесь?
– У меня одна лекция… Часа через полтора.
– Я вас подожду.
– Как угодно… – он нащупал трость и поднялся. – Сам-сам… – предупредил он мою попытку ему помочь. – Откройте дверь…
Я проводил его до аудитории. После окончания лекции отвез в Отдел, где представил его Шефу. Шеф представился сам – не настоящим именем, естественно.
Особым приказом Шеф освободил меня от умственного труда. Произошло это десятого августа по синхронизированному времени, перед совещанием, на котором присутствовали Шеф, Цанс и Ларсон. Меня на совещание не допустили. Нет, конечно, мне не сказали «тебе сюда нельзя». Напротив, мне поручили ответственное задание: проследить, насколько успешно или насколько усердно полиция ищет бар, где Бенедикт встречался с убийцей. Дюжина сержантов прочесывала квартал за кварталом, не пропуская ни одного заведения. Я избрал другую тактику: начал с самых дорогих ночных клубов в центре Фаон-Полиса и продвигался в направлении уменьшения суммы, складывающейся из платы за вход, стоимости двух порций «Балантайна» и стоимости галстука вышибалы. Третье слагаемое я ввел не сразу, а после того как подрался с вышибалой в «Диком птероркусе». Чтобы он не задохнулся, пришлось резать галстук. К счастью для шефского кошелька, галстук оказался фаонского пошива, хотя и с ярлыком «Ланвэн». Вышибале он шел, как юной деве бакенбарды. Собственно, из-за этого сравнения мы и подрались.
Чрез два дня, я заменил стоимость «Балантайна» на стоимость пинты пива. Эта замена сказалась двояко: