Библиотека

Московские тени стр. 45

Размер шрифта
-
+
Тема

разводит руками. – Поэтому – торопись. После двадцати там уже, считай, все… До двадцати можно жить, истину там искать, ответы. В песнях ли, в книгах, во всем таком. Человек мучается, думает, его тянет покончить с собой, да, он слишком чист для этого мира, внешнего мира. Сам же видишь, какой он… Да?

Саша стоит посреди комнаты, играть перестал, лицо у него стало скучным; ему явно неинтересна речь полупьяного отчима. Но тот продолжает:

– Человека обжигают, постоянно и неумолимо. И пока тебе нет двадцати, ты еще способен чувствовать ожоги, эти ядовитые пятна, плевки мира… Ты еще пытаешься освободиться, убежать, спастись. Хе-хе… Но потом яд покрывает полностью, с пяток до темечка, и тогда уже все, тогда не потрепыхаешься. Да, Санька… Яд втекает внутрь, заполняет легкие, кишки, мозг. По венам течет не кровь, а… Ну, ты понимаешь. Всё! Теперь – существуй и молчи, думать – и не пытайся. Хе-хе… Живи… в общепринятом смысле слова… Понимаешь, Сань? – Мутными глазами Маркин смотрит на паренька.

Тот кивает, но вид у него, словно его отругали за двойку в дневнике.

– Мда-а, – Маркин встает. – Ладно… Ты долго не засиживайся. Завтра в школу.

– Угу…

* * *

Телевизор включен, но звука почти нет – боятся разбудить дочку. Заранее переключили на «ТВ-Центр», чтобы не пропустить «Горькую луну». Сейчас идет какое-то шоу, «Мужской интерес», кажется.

Маркин и Елена лежат под одеялом.

– Алеша, ты меня любишь? – спрашивает жена.

– Да, люблю, – отвечает Маркин.

– А как?

– Очень…

Он вспоминает, как спешил к этой женщине после занятий в Литинституте, перебегал из вагона в вагон, хотелось оказаться быстрее у нужного выхода из метро, у ближайшего к ее дому… Теперь он домой так не спешит.

– А я тебя бесконечно люблю, – шепчет Елена. – Ты мой единственный, моя весна.

– Спасибо, родная.

После паузы она задает еще вопрос:

– Мы всегда будем вместе?

– Всегда, конечно, всегда.

– Мы счастливы?

– А как же… – Маркин подавляет зевок, гладит плечо жены. – Самые счастливые – это мы…

– Правда? – Елена целует мужа, ему на лицо падают ее тяжелые волосы. – Люби-мый!..

Дышать трудно, Маркин осторожно отстраняет жену. Ему очень хочется спать.

– Я, наверное, не буду ждать фильм, – говорит он. – Завтра бы не проспать…

– Будильник нужно, – вздыхает Елена.

– Купим как-нибудь… Спокойной ночи, милая.

– Спокойной ночи.

Маркин поворачивается на левый бок, лицом к стене, зевает, устраивается поудобней. Действие водки почти прошло, голова начинает побаливать. Скорей бы уснуть… И сигарет не забыть пару пачек, на «Бауманской» они дороже почти на рубль… Целый день в киоске… Да ничего, ладно… К весне, может, подвернется что-нибудь лучше… Надо

бы…

Он открывает глаза. Елена спит, уткнувшись ему в спину. Телевизор работает. На экране разговаривают мужчина и женщина. Слов не слышно.

– Лена, – тормошит жену Маркин, – фильм. Будешь смотреть?

– Не надо, – стонет она, – тише… Ребенок…

– Как хочешь.

Маркин находит дистанционку, выключает телевизор. Снова поворачивается на левый бок. Да, будильник необходим, это не жизнь… Еще за питанием бежать… Не проспать… Да вряд ли – Дарья опять поднимет… Ладно, если в семь утра, только б не среди ночи… Выспаться…

Глава третья

Афинские ночи

(Апрель 1999-го)

1

Магазин «Стелла» в семнадцати минутах ходьбы от метро. Добрался. Вхожу.

Прямиком в отдел напитков. Ищу пластиковые полуторалитровки

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.