Библиотека

Московский апокалипсис стр. 124

Размер шрифта
-
+
Тема

заявила:

— Забери меня отсюда. Немедленно!

— Это невозможно, дорогая. Интересы дела не позволяют.

— Какие ещё интересы дела? Что у тебя за дела важнее нашего счастья? Нет, всё-таки ты совсем меня не любишь. Я требую в последний раз — забери меня! Или я убегу сама, куда глаза глядят.

— Пока не могу. Сначала мы должны выкрасть Егора Ипполитовича. Иначе его казнят.

— Какая же здесь связь? — обиделась женщина. — Ты хоть представляешь, как я здесь живу? Одна наедине с этим подлецом… В любую ночь он может прийти сюда и потребовать сам знаешь, чего!

Пётр сел, взял руки княгини в свои и сказал, как мог, мягко:

— Пойми. Я не хозяин теперь самому себе. Есть вещи важнее нашего счастья. Не спорь! С арестом штабс-капитана я исправляю его должность. Это очень хлопотная должность: сегодня, например, у меня четыре встречи. А вечером я пишу очередное донесение Кутузову.

— Ты пишешь теперь самому Кутузову? — поразилась Ольга.

— Да. А этим утром отослал рапорт государю.

— Государю!!

— Да. Пришли важные сведения о переговорах Лористона.

— Вот это да! Государь знает о тебе! Значит, действительно могут вернуть дворянство?

— Я сейчас об этом не думаю, — махнул рукой Ахлестышев. — Некогда. Вот ты говоришь о том, что может случиться с тобой. А с Ельчаниновым? От Ивановской площади к Тайницкой башне сходит вниз тропинка. Внизу овраг, у самой стены. Меня водили туда с целью напугать. Там лежат наши. Много, несколько десятков человек. У них у всех были дети, жёны, родители…

У Ольги из глаз потекли слёзы.

— Прости меня… — тихо сказала она. — Конечно, я понимаю…

— С каждым днём уход Бонапарта из Москвы всё ближе. И всё ближе казнь Егора Ипполитовича. У нас всего несколько дней осталось… И твой Полестель сейчас источник сведений, которые помогут нам организовать побег. Как же я могу забрать тебя отсюда? Сам об этом мечтаю дни и ночи. Потерпи. Ещё немного потерпи.

— Значит, ты снова пойдёшь в Кремль?

— Да.

— Один раз ты спасся только чудом…

— Это чудо была твоя любовь, радость моя.

— Повторно волшебства не происходят. Ты можешь поручить это людям, а сам туда не ходить?

— Нет.

— Но почему же?

— Ольга! Как ты не понимаешь? Чем же я лучше их?

— Я так боюсь за тебя!

— За них тоже кто-то боится. И потом, войти в Кремль может только человек, знающий по-французски. Ни Отчаянов, ни Саша-Батырь этого не сумеют. И хватит об этом. Доложи, что удалось ещё узнать от Полестеля.

Ольга опешила от этого «доложи», но быстро поняла, что беседует не с Петей Ахлестышевым, а с представителем ставки. И достаточно толково сообщила новости.

Оказалось, что полковник, лишившись верного Мориса, действительно заподозрил неладное. Степаниде теперь запрещено выходить из дома даже за покупками: всё необходимое комиссариатская служба привозит сюда. Охрана особняка удвоена. Сегодня Пётр прошмыгнул в заднюю дверь только потому, что Мортира отвлекла караульного. Девка принесла в гостиную ведро воды и, высоко подоткнув юбку, принялась мыть пол… Жандармы со всех постов сбежались посмотреть на это, но часто подобное устраивать нельзя. Единственным средством сообщения остался выгреб. Зосима Гуриевич носит туда помои и золу, а подобранные бумажки прячет под камнем у забора. Делать это незаметно удаётся лишь в сумерках, а партизанам забирать бумаги из

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.