Библиотека

Московский апокалипсис стр. 123

Размер шрифта
-
+
Тема

не аванпосты! Генерал-губернатор Ростопчин раз в три дня получал сводки о состоянии дел в городе от оставленных там полицейских офицеров. Ставка Кутузова тоже имела самые свежие данные. Отряд Винценгероде сделался как почтовая станция: все другие выходы из города французам удалось блокировать. Только бесстрашный Фигнер входил и выходил из Москвы, где вздумается… Капитан расположил свой отряд на юге и делал, что хотел, доводя французов до истерики.

Фердинанд Фёдорович лично принял разведчика. Ахлестышев не имел права сообщать ему подробности о поездке авантюрной баронессы. Генерал понимал это и не задавал лишних вопросов. Договорились, что даму под незаметной охраной доставят в Ярославль. А через два дня переведут через лес в обратную сторону Ахлестышева с Сашей-Батырем.

Затем друзья совершили удивительное путешествие к Волге. И не могли поверить своим глазам… Всюду царила мирная жизнь, никто никого не убивал и не грабил. Люди ходили друг к другу в гости, коротали вечер за картами, торговали, читали книги… Если у кого-то кончалась провизия, он просто шёл в ближайшую лавку и покупал, что требовалось. А за пятьдесят вёрст от этого рая по разрушенной Москве ступали французские патрули. С берёз Тверского бульвара свисали казнённые, и вороны деловито выклёвывали им глаза. На окраинах голодные люди выкапывали свёклу с огородов, чтобы съесть её сырой, а по ним стреляли часовые. Потерявшие всякую жалость мародёры ловили в развалинах оборванных москвичей и снимали с них последнее рубище, буквально оставляя нагишом. А в Кремле сидел злобный ненасытный паук, требовавший всё новой и новой русской крови…

В Ярославле Ахлестышев благополучно дождался баронессы. Отважной дамочке было уже за тридцать. Она оказалась миниатюрна, кокетлива и почти обворожительна. Сдав её капитану Лангу и получив заветное письмо на имя Тутолмина, партизаны снова отправились в преисподнюю.

В Богородском Пётр вручил конверт Саше-Батырю и ещё раз напомнил о пароле для графа Солтыка. Налётчик двинулся в расположение итальянского корпуса, а каторжник через Черкизову деревню пробрался в Москву. Сокольничьим полем мимо Красного пруда он попал на Басманную и оттуда уже вышел к родным руинам Бронных улиц.

Пётр очень соскучился по Ольге, но смог увидеться с ней лишь на пятый день после своего побега. Саловаров провёл его знакомой дорогой через заднюю дверь на второй этаж. Однако вместо того, чтобы броситься любимому на шею, княгиня встретила его гневным вопросом:

— Зачем же так жестоко?

— Что жестоко? — опешил партизан.

— Ты убивал моего мужа по частям, как на живодёрне! Пусть он и негодяй, но не заслужил такого! Как мне теперь обнять тебя?

— Уф! — облегчённо вздохнул Ахлестышев. — А я понять не могу. Дело было так…

И он рассказал Ольге, как прошло его освобождение. Честно признался, что сам потребовал дуэли с князем Шехонским и убил бы его, не задумываясь, если бы случился между ними честный поединок. Описал попытку князя застрелить его, безоружного, и его же отказ драться на саблях, несмотря на пощёчины… Шехонская с большим облегчением узнала, что её мужа зарубил Морис, а на Петре крови нет. И что обман Полестеля освобождает её от данного графу слова.

После этого кошка, пробежавшая было между влюблёнными, исчезла, и всё опять стало хорошо. Но когда через полчаса обалдевший от счастья Ахлестышев приходил в себя, Ольга вдруг

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.