Московский апокалипсис стр. 131
сошлись, и из ландо в карету быстро перескочили Кулеврина с Мортирой. Леон сразу оживился.
— Какие девушки! Мсьё специалист не только в шампанском!
Саша-Батырь пересел к Большому Жаку. Ахлестышев учтиво приподнял шляпу:
— Ровно через два часа на этом же месте!
И велел Леону трогать.
Они въехали в Кремль через Троицкие ворота, те самые, где недавно схватили Петра. Воспоминания эти были ему неприятны… Вот экипаж остановился и чей-то грубый голос спросил:
— Марселец! Это у тебя старый синяк, или тебя наградили новым?
— Подданные Джоакино Первого дерутся, как женщины, — со смехом ответил возница.
— Ступай, забияка…
Экипаж дёрнулся, проехал ещё немного и остановился у входа
в Оружейную палату. Пётр провёл ладонью по лицу, и на том появилась ухарски-плутоватая улыбка. Спрыгнув с подножки, рыжий фат на глазах у удивлённого часового принялся выгружать из кареты девушек. Те расправили фижмы и так подмигнули парню с ружьём, что тот сразу сомлел.
— Лейтенант гвардии Пуайе на месте? — деловито спросил сутенёр.
— Да. Но кто вы, чёрт возьми?
— У меня подарок для лейтенанта от его приятеля, майора гвардии Шота. Вот эти две красавицы. Давай, пропускай нас скорее: у твоего лейтенанта всего час.
— Какой ещё подарок? Какие майоры? Мне никто ничего не говорил!
— Приятель, это называется «сюрприз». Твой командир получил на прошлой неделе Почётный легион?
— Ну, получил…
— Вот. Майор хочет его с этим поздравить. У них свои привычки, не будем в них вторгаться. Короче говоря, Шот обратился ко мне. Ты спросишь, почему именно ко мне?
— Ну?
— Потому, что на меня работают лучшие в Москве девушки. И кому положено, об этом знают. Ты только посмотри на них! А? Красавицы!
— Да, ничего… Но ведь они же русские!
— Ты считаешь, что у русских женщин это устроено иначе, чем у французских?
— Нет, но…
— Кого же ты рассчитывал тут увидеть? Таитянок? Или китаянок? Я работаю с тем материалом, какой есть. И знаешь — никто пока не жаловался. Ты первый!
— Да что я…
— Повторяю: у лейтенанта всего час. Он убьёт тебя, когда узнает, что половину этого времени ты пререкался со мной.
И часовой перестал спорить и пропустил Ахлестышева с девушками внутрь.
В караулке навстречу гостям поднялся высокий красивый лейтенант с новеньким орденом на груди.
— Кто вы? И как сюда прошли?
— Господин Пуайе! — торжественно начал рыжий. — Господин майор гвардии Шот имеет честь поздравить вас с наградой! И просит принять в подарок этих двух прелестных особ.
— Ничего не понял, — нахмурился офицер. — Какой подарок? Что за бабы?
— Ну как же! Вспомните: в Вене, когда Шот получил чин майора, вы прислали ему блондинку вот с таким филеем!
— Да-да-да… — просветлел лицом лейтенант. — Как же! Было дело! Так значит этот баловник…
— …Отдаёт вам долг двойной мерой! Эти русские нимфы ваши на целый час.
Полдюжины фузилёров, внимательно слушавших разговор, радостно вскричали в один голос:
— Ай да майор!
— Вот это достойный ответ!
— Повезло же нашему лейтенанту!
Сияющий Пуайе обежал девушек, потрогал Мортиру за задницу и сообщил восхищённо:
— Много толще, чем у той, в Вене!
— Лейтенант, — учтиво поклонился Ахлестышев, — позволю себе напомнить, что у вас только один час. Так оплатил ваш друг. Если мои девочки понравятся, то милости прошу в Фуркасовский переулок. В любое время дня и ночи.