Мстительница стр. 186
смотрела мимо него в темноту. По спине у него побежали мурашки, когда она тихонько прошептала:
— Наоми…
Майлс не верил в духов и призраков, и все же… Это невозможно, убеждал он себя, но он слышал…
— Пеппер.
Он позвал ее, и она, поглядев на него, вся напряглась.
— Ты хотела, чтобы я любил тебя, — напомнил он ей, правильно поняв ее страх.
— Нет! Нет!.. Не хочу!
Она выкрикивала свои привычные «нет», но не шевелилась, понимая, что на самом деле ей хочется сказать «да».
Не шевелилась она, и пока Майлс снимал с нее рубашку и раздевался сам. Ее тело оставалось безразличным, не принимая, но и не отвергая его, а разум все еще восставал против него, ибо в ней оставалась память о пережитом кошмаре. Пеппер ждала, когда он начнет ласкать ее, в уверенности, что ответит на его прикосновения так же, как отвечала всем и всегда. Физически Майлс был на редкость привлекательным мужчиной, но она не желала его, не могла желать.
Он раздвинул ей ноги. Движения Майлса были такими сильными и уверенными, словно он хотел посмеяться над ее ледяной неподвижностью. Растянув губы в улыбке, словно ему предстояло нечто забавное, он глядел на нее потемневшими глазами, а Пеппер ждала, когда он начнет гладить ее в расчете пробудить чувственность, но вдруг поняла, что у него совсем другие намерения.
— Нет, — услыхала она его шепот. — Сначала не это.
И Майлс уверенно вошел в нее, не причиняя боли, медленно, очень медленно, заполняя ее собой.
В его глазах не было страсти, но он медленно и уверенно двигался внутри нее, словно они оба участвовали в каком-то древнем ритуале, который необходимо было исполнить. Только почувствовав, что Пеппер не отвергает его, Майлс остановился.
— Теперь, — сказал он, — ты не сможешь выбросить меня из своих мыслей или сбежать, потому что я уже часть тебя. Не будет никаких ласк, которые могут закончиться насилием, потому что я уже в тебе. — И он счастливо улыбнулся ей. — Твое тело приняло меня. И теперь я буду учить твой разум принимать меня и желать.
Невозможно, кричал ее мозг, но инстинкт подсказывал Пеппер, что этот мужчина владеет искусством невозможное превращать в возможное. Словно заколдованная им, она не сводила с него глаз, но хотела сказать, что он ошибается и ему случайно удалось взять ее. Откуда он знает о других мужчинах, которые пытались и были отвергнуты, которые теряли желание и интерес к ней, едва видели ее замершее от страха тело? Она вооружила себя против издевательства над ее чувствами, но оказалась в полной власти мужчины, который не совершил над ней насилия, хоть и не пытался бурными ласками пробудить ее чувственность.
Каждое движение Майлса, каждое его прикосновение, каждая его ласка, каждый поцелуй повергали ее в жар, и Пеппер растворялась в его нежности, не в силах определить свои ощущения. Он был частью ее, он был принят ее плотью. Кончиком языка он касался ее шеи там, где билась тоненькая жилка, а она чувствовала удары пульса на его руке, ласкавшей ее грудь. Неожиданно Пеппер выгнула спину, желая быть еще ближе к нему, но сумела подавить рвавшийся с губ стон, хотя Майлс как бы все равно слышал его, потому что нежно тронул зубами