Мученицы монастыря Святой Магдалины стр. 41
даже днем сумеречно. Там на время устраиваются алкаши, пока их не выгоняет оттуда темень. Пьяницы больше чем кто-либо любят свет. Я зашел в переулок, сверился с часами… Половина одиннадцатого. Если Кейси следует своему ритуалу, то через час он появится. Я прислонился к стене, постарался устроиться удобнее. Из-под стены выскочила крыса, пробежала по моим ногам и исчезла. Я не пошевелился. Никогда нельзя привлекать их внимание. По ногам, когда крыса их коснулась, пробежал озноб. Где вода — там всегда крысы, и нечего их бояться, но я боялся.
А кто не испугается?
Достав пушку, я ощупал ее в темноте.
Я знал все подробности наизусть.
«Хеклер и Кох».НК4, пистолет со свободным затвором.Калибр: 32 АСР.Емкость магазина: восемь патронов.Длина ствола: 85 мм.Вес: 480 г.Прицел: установленный, узкий.Особенности: поставляется полностью собранным.Что еще требуется знать?
Один из лучших пистолетов, какие только можно сегодня найти.
Если вы когда-нибудь захотите вогнать даму в ступор, зачитайте ей вышеприведенное описание.
Если вы не в состоянии произвести впечатление на своих приятелей футбольными талантами, зачтите вышеприведенное описание.
Vive la difference.Раздались звуки, обычно сопровождающие закрытие паба. Народ вывалил наружу, крики, смех, один парень завернул в переулок, и я пригнулся пониже. Он расстегнул ширинку и оправился.
Я подумал: «Ах ты, свинья! Не мог воспользоваться туалетом в пабе?»
И чуть не пристрелил его.
Парень облегченно выдохнул, застегнулся и пошел прочь. Я чуть не крикнул ему вслед: «Руки помой!»
Стало тише. На пирсе мало кто застревал надолго. Все оттуда убирались как можно быстрее. Ни возраст, ни состоятельность значения не имели. Замешкайтесь — и можете попасть в беду. Я двинулся к выходу из переулка, держа пистолет в правой руке. Несколько раз глубоко вздохнул. Послышалось громко сказанное «Спокойной ночи».
Затем хлопнула, закрываясь, дверь пивнушки.
Вот он, храбрец Кейси. Хорошо виден в темноте в своем белом костюме. Я поднял пистолет, дважды выстрелил в его правое колено. Как делают в Белфасте. Сделал
шаг вперед, свернул налево и быстро направился к гостинице «Виктория». Две минуты.
На третьей минуте я уже смешался с толпой, ломившейся в ночной клуб. Сорвал кепку, расстегнул куртку.
Четвертая минута. Я вошел в «Грейт Сатерн», кивнул портье. Он сказал:
— Джек.
— Как делишки?
Шестая. Я умудрился сделать один из последних заказов молодому бармену.
— Большую порцию «Джеймсона» и пинту «Гиннеса».
И опустился на один из этих гостеприимных диванов в конце фойе, над которым на полочке стоял бюст Джеймса Джойса. Я взял пиво, отпил пару глотков, затем сделал большой глоток виски.
— Твое здоровье, Джимми, — сказал я, приподнимая рюмку.
Теперь, подумал я, мне остается только найти Нева, того любителя русской рулетки, и придумать для него что-нибудь средневековое. В 1985 году мы пережили лето ходячих статуй. Статуи передвигались по всей стране. Меня отрядили к Маунт Меллари в Уотерфорд, где девять ночей подряд Святая Дева являлась детям. Мне велели следить за порядком в толпе, но я был слишком зол, чтобы принести хоть какую-то пользу. Каждый вечер люди собирались, чтобы пообщаться со Святой Девой. Воздух был пронизан ожиданием. К тому времени мой цинизм взял верх, и я спросил сержанта:
— Если толпа возбудится, мне применять дубинку?
Он грустно взглянул на меня, вздохнул и ответил:
— Неужели ты думаешь, что