На дне могилы стр. 29
ранами, я чувствовала, что была ближе к бессознательному состоянию.
Моя мать встретилась со мной глазами, а потом выбила стул из-под себя.
"Чёрт подери," рявкнул Макс, держа её одной рукой. "Зачем ты это сделала?"
В ту секунду, когда он отвлекся, я, что было сил, дернула руку из ножа в моем запястье, чувствуя как рвется плоть. Я высвободила одну руку, когда Макс обернулся.
"Какого чёрта?"
Он отпустил мою мать. Она висела за шею, ее ноги были немного выше пола, в то время как я выворачивала свою другую свободную руку, игнорируя раскаленную добела боль. Я попыталась схватить один из ножей, но мои запястья были слишком повреждены, чтобы держать что-то. Я отшвырнула их ногой и вместо этого сделала выпад в сторону Макса, ударяя его по голове достаточно сильно, чтобы свалить его. Все, в чем я сейчас нуждаюсь, так это в небольшом количестве твоей крови, подумала я, жестоко кусая, и я буду излечена достаточно, чтобы бороться.
Раскат грохота заставил мою голову дёрнуться в сторону окна. Последним, что я увидела, было разбивающееся стекло — а затем было жжение в моей шее, и моё зрение утонуло в темноте. Я думала, что слышала крики, но все одновременно, всё казалось отдалившимся. Вместе с этим я не могла ничего чувствовать. Каким было облегчением освободиться от боли.
Осознание вернулось вместе с чем-то мокрым, лившимся в моё горло. Я пыталась проглотить это, но не могла. Поток не иссякал, вынуждая меня глотать. Снова. И снова. мне показалось, что я услышала крик моей матери, когда послышался голос Кости, очень близко.
"…ну же, любимая, пей ещё! Нет, ты должна выпить больше…" "…давай, милая, пей! Нет, еще больше…"
Я давилась, жидкость переполняла мой рот, когда образы вокруг меня преобрели чёткость. Мой рот присосался к кровоточащей шее, и я оттолкнулась, сразу закашлялась и проглотила ещё.
"Прекрати," хотела я сказать.
Руки притянули меня обратно. Это к горлу Кости я была прижата. И его шея была не единственной вещью, испачканной кровью. Таким же было и всё у него спереди.
"Христос Всемогущий, Котёнок," вздыхал Кости, поглаживая моё горло.
"Катрина," рыдала моя мама. Я рывком повернула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как она поскользнулась на чём-то, пошатываясь идя ко мне. Петля всё ещё болталась у неё на шее, но другой конец больше не был привязан к перилам. В дальнем углу комнаты я слышала, как Макс бормотал проклятья, и кто-то отвечал на них женским голосом с английским акцентом.
"Не двигайся, ты, мелкий урод."
"Ты достала его?" спросил Кости с явным охлаждением в голосе.
Голос Анетт звучал так свирепо, как я ещё никогда не слышала. "Я его достала, Криспин."
Моя мать добралась до меня. Она обнимала меня и пыталась вытащить меня из объятий Кости, ощупывая мою шею.
"Он сделал это? С тобой все в порядке, Кэтрин?"
И вот тогда я заметила остальную кровь. Она запачкала не только Кости, но и всю меня, всё вокруг меня, и даже ближайшую стену.
"Что произошло?" спросила я, разрываясь между головокружением, немой благодарностью, что мы живы, и находясь в ужасе от всей этой крови вокруг нас.
"Макс вырвал тебе глотку," ответил Кости. Была странная смесь облегчения и