На пересдачу, Кэсси Рок! Вторая попытка стр. 35
но еще более вредной породы! Сперва сам признался, что мечтает меня «укутать», а когда я расстегнула перед ним блузку, смотался в кусты. Исцеловал до дрожи в коленках, а на следующий день заявил, что это ошибка. Говорил, что я с ума его свожу, а затем оттолкнул.
Да что с ним не так?!
Ответ на этот вопрос мне должен был дать доктор Шменге, и, пройдя мимо стражей некроса, которых Гроув заботливо накрыл еще и каким-то куполом, я направилась прямиком к лечебнице, бубня себе под нос ругательства.
— Зачет мне опять не поставил, скотина, — процедила я сквозь сжатые зубы.
Рука, ушибленная о нос мастера Гроува, прямо зачесалась врезать ему еще раз.
— Мы договаривались, Кэсси Рок… — бормотала я. — Держись от меня подальше, Кэсси Рок…
Еще и колесо не увидел, неудачник. Сам виноват, что не девственница.
Мои мысли перепрыгнули на колесо времени, и, шагая по тропинке, залитой светом полной луны, я размышляла о том, как мощно ошибся его создатель. Колесо времени могло стать жемчужиной его творчества, венцом карьеры. А теперь оно покоится в подвале среди дудок, в которые никто не хочет дудеть.
Мелани, жестоко обманутая артефактором, согласилась помочь мне из женской солидарности. Если бы она знала, что все это ради Гроува, то вряд ли пошевелила бы пальцем, не то что стрелкой от колеса.
Но вот интересно, раз уж Мелани сказала, что Гроув «не такой», то, может, она включит его в наш кружок девственниц-недоучек, если на этот раз он, конечно, выживет…
— Сделайте ему анализ, — выпалила я с порога, швырнув окровавленный платок на стол доктора Шменге.
— Я так с-смотрю, зачет прошел результативно, — заметил он, откладывая вязание. — Это кровь Гроува?
— Да, — буркнула я, садясь напротив и обхватывая себя руками.
А ведь у меня есть повод гордиться собой: мне одной удалось то, что братья Джага не сумели сделать на пару. Правда, он не ожидал нападения, да еще и склонился, как будто напрашиваясь на удар.
Но если доктор скажет, что у Гроува, допустим, гемоглобин низковат и на этом все, то мне останется только бежать на кладбище и попытаться увидеть своими глазами, что же там произошло. Бегаю я быстро, но не на каблуках. Разоделась как дура, пуговки расстегнула, мерзла в одной блузочке — все ради него. А он…
— Он меня бросил, — призналась я. Обида так и душила, но я нашла в себе силы продолжить: — Сказал, что все это ошибка и мне надо держаться подальше. И ушел.
— Я ведь с-сразу предлагал оставить его в покое, — напомнил доктор Шменге. — С-судьба у него такая. Вам стоит с-смириться и забыть.
— Кровь проверьте, — кивнула я на платок, шмыгнув носом. — Достаточно для анализа?
— Вполне, — заверил он.
Доктор поднялся с кресла, взял из шкафа хрустальный бокал, налил туда воды из графина, а после макнул в нее платок.
Мы молча наблюдали, как вода окрашивается в розовый. Было странно и немножко противно. По сути, я скармливаю Гроува вампиру.
— А ничего, что разбавлено? — поинтересовалась я.
— Ничего.
Вынув платок, доктор Шменге слегка покрутил бокал в руке, поднес к лицу и понюхал. Затем пригубил глоток, облизнул покрасневшие губы и поморщился.
— Что? — спросила я, когда он укоризненно на меня посмотрел.
— Это какая-то шутка? — уточнил