На свою голову стр. 308
ему, конечно, ещё далеко, но постоянно растущий интерес к игре обнадёживает. И о том, что близнецов Уизли в Мунго всё-таки вылечили и от последствий знакомства с зеркалом Еиналеж, и от любви к тупым приколам, и от желания тестировать изобретения на людях. Зато после окончания школы они серьёзно занялись разработкой своих товаров, сотрудничая с очень компетентными специалистами. И о том, что Невилл имеет все шансы стать самым молодым Мастером Гербологии за всё время существования этой науки. И конечно же, о том, что и сам Гарри, и все его друзья нашли себе занятие по душе и совершенно счастливы. Вообще, после того, как Дамблдор перестал вмешиваться в чужие жизни, счастливых людей среди английских магов сильно прибавилось.
Конечно же, Гарри мог обо всём этом рассказать, но точно не сейчас, когда его ждала такая чудесная девушка. Значит, расскажет после, как и обещал. А может, и не расскажет. Ведь зная бывшего директора, можно не сомневаться, что его подобные новости нисколечко не обрадуют…
Уже дойдя до лестницы Гарри обернулся и с улыбкой поглядел на разведённые руки, показывающие размер «мирового зла». С тех пор как Дамблдора не стало, самое большое зло, которое Гарри видел к своим восемнадцати годам, были те самые сны, которые год от года посещали его всё реже, и он был совершенно уверен, что так будет и впредь!
Постскриптум
Четыреста лет спустяГлавный холл Хогвартса был точно таким же, как и сотни лет назад: огромным, насквозь пропитанным ощущением старины и по-своему уютным. По нему всё так же без конца шныряли студенты, чинно шествовали учителя и гуляли сквозняки. В нём, как и прежде, бедокурил полтергейст Пивз, подстерегала нарушителей кошка нынешнего завхоза и молчаливо стояла статуя человека, когда-то мнившего себя величайшим магом современности. Да, к постоянному присутствию этого сомнительного украшения все привыкли очень быстро и теперь казалось, что оно было здесь всегда…
Альбус Дамблдор: бывший директор школы Хогвартс, бывший верховный чародей Визенгамота, бывший президент МКМ, бывший глава Ордена Феникса и бывший «величайший» волшебник, гневно взирал на три пары уставившихся на него глаз. И пусть сам он давно окаменел, но тем не менее видел их отлично: ярко-зелёные, серые и тёмно-карие, почти чёрные. Вывод был очевиден: в Хогвартс поступили очередные пра-пра-пра-правнуки Поттеров, Малфоев и Снейпов. А ведь в прошлом году школу пополнили Нотты и Роули, а в позапрошлом Гойлы, Дурсли и Забини. Интуиция подсказывала, что через год-два в команду добавятся Крэббы, Барнсы и Лонгботтомы. Своей интуиции Альбус привык доверять, и открывающиеся перспективы его не радовали. Нет, его конечно же доставали все студенты, но, кажется, только у этой компании стремление отравлять ему существование передавалось по наследству.
Вот и в этот раз от вида трёх маленьких слизеринских паразитов, с воодушевлением обсуждавших, насколько точно исполняются загаданные желания, Альбусу нестерпимо захотелось выть. Мерлин свидетель, как же ему надоело всё это! Исполнять прихоти, служить объектом споров, развлечений, насмешек. Получив миллионный по счёту щелчок по носу, бывший директор почувствовал привычный всплеск магии, подтверждавший, что, да — загаданное желание обязательно исполнится. Исполнится! И он ничего не сможет с этим поделать: ни потребовать ответной услуги, ни наказать, ни отомстить. Всё это он уже неоднократно проходил и так ни