На хвосте удачи стр. 54
– это вовсе не их собачье дело. И даже не твое, понял, Джонни? А теперь – проваливай.
Нати бесшумно отступила и вновь вернулась, намеренно топая босыми ногами. Из капитанской каюты вышел красный и злой боцман. Рявкнул, завидев юнгу:
– Где шляешься? Капитан уже с голоду подыхает!
Нати благоразумно отступила, пропуская Джонни, и вошла в каюту.
– А, вот и обед! – поприветствовал Лис. Не поднимая на него глаз, Нати сноровисто накрыла на стол, налила вина и отступила к двери. – Ты сам поел?
– Да.
Лис отложил приборы и серьезно уставился на юнгу.
– Я никогда тебя не спрашивал… Нэтти, команда тебя не обижает?
Нати криво
усмехнулась:
– Не считая пинков, подзатыльников и проклятий? Нет.
От затрещин и пинков она научилась увертываться, ругательства – пропускать мимо ушей, а истинное отношение к ней грозного боцмана уяснила только что. Лис кивнул.
– Это ясно. Но если кто начнет к тебе приставать или делать… а-а-а… непристойные предложения, разрешаю сразу бить в зубы или… а, куда получится! И жаловаться мне, разумеется. Можешь идти.
Нати с облегчением вылетела из каюты. Про содомию ей все объяснила Карла. Помнится, Нати никак не могла понять: ведь у женщины для этого существует самим Богом сотворенное отверстие, а у мужчин? Карла посмеялась над ее отвращением: есть мужчины, которые занимаются тем же и с женщинами. Сейчас Нати вспоминала, не проскальзывало ли в поведении пиратского капитана что-нибудь подобное? Нет, он и не коснулся ее ни разу во время плаванья – даже мимолетно. И держался с ней, как со своей командой: слегка высокомерно и шутливо.
…А уж не потому ли этот гордец Реми взирает на нее с таким презрением?
С этими мыслями она решилась подойти к Реми.
– А ты можешь поучить меня хватам, которыми кидаешь ножи?
Парень взглянул на нее с недоумением. Обвел полупустую палубу взглядом, словно призывая ее в свидетели.
– С какой это стати?
– Ну… я взамен подучу тебя испанскому.
– Меня? И на кой дьявол мне это нужно?
– Вот это-то я и упустил, – сказали сверху. Оба задрали головы: на них с юта смотрел Лис. Неспешно спускаясь по трапу, капитан продолжил: – В оставшееся время нам следует подучить голландский – не может же вся команда притвориться глухонемой? На счастье, у нас есть наш Вирт! – Он хлопнул по плечу низенького Себальда – единственного голландца в команде, состоявшей почти поровну из французов и англичан. Еще тут была пара негров, до того схожих, что Нати даже считала их братьями. А еще – молчаливый индеец, всегда одетый единственно в набедренную повязку. Нати побаивалась его, да и остальные пираты, по ее наблюдениям, не донимали того ни насмешками, ни разговорами. Лис как-то сказал, что держит на корабле индейца, потому что тот виртуозно умеет добывать пищу на любом островке, куда им выпадает пристать.
– Это что же? – громогласно вопросил боцман. – Я и команды должен отдавать невесть на каком языке?
– Подумай, Джонни, на каком языке командуют на голландском судне? А что касается испанского, то его знаю я и наш юный ученый друг. Так что в оставшиеся дни вам придется поднапрячь мозги, хоть это и непривычно. Это – приказ.
Нати уже заметила: хоть пираты огрызаются и ворчат, но всегда выполняют приказы Лиса.