Наблюдатель стр. 145
спросить? – с едва уловимой иронией поинтересовался он, когда я все-таки нашел в себе силы выпрямиться. – Может, узнать мое настоящее имя? Или выяснить, зачем ты здесь и что вообще происходит?
– На твое имя мне насрать, – снова сплюнул я ему под ноги. – Да и твои мотивы меня уже не интересуют.
– Тогда, наверное, ты хочешь узнать, кто я?
– Я знаю, кто ты!
Орли тихо-тихо рассмеялся.
А потом поднял голову и посмотрел на меня прямо. Своими настоящими… лишенными белков, угольно-черными нечеловеческими глазами, в самой глубине которых то и дело вспыхивали и мгновенно гасли далекие-предалекие звезды.
* * *– Быть может, тебя это удивит, но
быть сборщиком душ – не самое приятное занятие, – сказал Орли, когда отсмеялся. – Все в твоей жизни расписано. Все ясно и понятно. Перед тобой стоит цель, тебе даны средства для ее достижения. И по сути все, что тебя составляет, – это рутина, один бесконечно длящийся долг, который годами, столетиями не меняется. А вместе с ним не меняешься и ты. Кстати, ты уже понял, как становятся собирателями? Молодец. Вижу, что да. Но следует добавить, что нас всегда стараются брать из числа тех, кто родился, вырос и умер строго в своем мире. Так, чтобы сродство этого самого мира и отлетевшей души было максимально полным. Бывают, конечно, и исключения, которые находятся в ведении уже даже не наблюдателя, а контролера. Но в моем случае все было достаточно просто. Я какое-то время жил на Ирнелле. Потом умер. И уже после смерти удостоился встречи с наблюдателем.
– То есть наблюдатель – не твое второе имя? – процедил я, не отрывая взгляда от сборщика.
Орли снова рассмеялся.
– Мне до этого уровня еще расти и расти. Я стал обычным сборщиком и, смею надеяться, неплохо справлялся со своими обязанностями. Пока в один прекрасный день мне на глаза не попалась настолько чистая и светлая душа, что даже сквозь телесную оболочку я смог увидеть ее сияние. Ты, к слову, в курсе, что, пока вы живы и здоровы, мы не различаем вас ни по полу, ни по возрасту, ни по качеству души?
Я угрюмо промолчал.
– Для нас вы – безликая серая масса. Призраки. Ходячие мертвецы, которые пока еще не знают о своей ущербности. Мы смотрим на вас с изнанки, – криво улыбнулся собиратель. – И до поры до времени все вы сливаетесь в одно мутное пятно. До тех пор, пока кто-то не достигнет конца отпущенного природой срока и не привлечет своим светом или же тьмой наше внимание.
– Значит, вы и светлые души почти не видите? – все-таки пересилив себя, просипел я.
– Нет. Увидеть такую душу можно, только если она окажется на пороге смерти. Или в тот миг, когда ее обладатель находится в неуравновешенном состоянии, а свет его души выходит за пределы тела так далеко, что это приковывает взгляд. Майена оказалась именно такой, – хмыкнул Орли, снова заставив меня скрежетнуть зубами. – И Наоми, которую я встретил, когда интересовался твоей судьбой в магистрате, тоже некстати разволновалась. Шоттол, правда, не смог мне помочь. Его воспоминания хранили лишь обрывки нужных мне сведений, а вот Наоми приятно удивила. Поэтому я временно переключился на нее и сделал все, чтобы леди быстро и не вызывая подозрений исчезла