Наблюдатель стр. 154
где они?
Шэд молча положил руку на один из шаров, где тьма тут же уплотнилась, и в ней, как мне показалось, промелькнул чей-то вытаращенный глаз.
– Я пока не решил, что с ними делать. Но на всякий случай лишил подвижности, чтобы больше не гоняться по всему Ирнеллу.
– Хочешь сказать, ты все-таки подозревал, что с ними что-то не то? – подозрительно сощурился я, тем не менее не торопясь вставать с холодного пола.
Шэд, помолчав, неохотно признался:
– Твои слова заронили во мне зерна сомнений. Поэтому со счетов эту версию я полностью сбрасывать не стал, хотя она до самого последнего момента казалась мне маловероятной.
– Я тебя искал, – вскользь уронил я, все-таки поднапрягшись и поднявшись на ноги. При этом на одно плечо усадил довольно мурлыкающую нурру, а на другое – молчаливого, похожего на уголек улишша.
Шэд при виде них странно хмыкнул:
– В некоторые места на Ирнелле мне по-прежнему нет доступа. И шекковые леса – одно из них. Я тебя отсюда даже не слышу. Так что призвать меня было удачной идеей.
– Из-за него? – я настороженно покосился в сторону размеренно мигающего куба.
Шэд молча кивнул, после чего поднялся, знаком показал, чтобы я бросил ему монету Олерона Аввима. Ловко ее поймал и, подойдя к прибору вплотную, вогнал ее в невидимую для меня щель. Внутри что-то щелкнуло, и куб погас, а вибрация у меня под ногами моментально прекратилась.
– Вот так, – удовлетворенно хмыкнул собиратель, после чего бросил монету обратно и не стал возражать, когда я надел цепочку на шею. – Хватит уже этой штуке уродовать изнанку. Кто бы вообще мог предположить, что твои предшественники окажутся на такое способны?
Я навострил уши, а Пакость недоверчиво заворчала.
– Это что, «барьерники» сотворили?
– Они, – протянул Шэд, снова усаживаясь на стул. – Но для них это был вопрос выживания. А сейчас, когда все утряслось, от этих штуковин настала пора избавиться. Это, кстати, твоя задача. Их по всему миру разбросано порядочно, так что в ближайшие годы тебе придется потрудиться.
Я вместо ответа перевел взгляд на кружащиеся под потолком души и, все еще испытывая перед ними некоторую долю вины, спросил:
– Ты можешь им помочь?
– Нет, – спокойно отозвался Шэд.
Я с тяжелым сердцем перевел взгляд на лежащую неподалеку Тару.
– А ей?
– Она жива, – так же невозмутимо отозвался собиратель. – На редкость стойкая девочка. Второй источник на нее уже половину рина работает. Так что не позднее следующего утра она полностью восстановится.
– Так ты поэтому ее выбрал? – метнул я в его сторону взгляд исподлобья. – За душевную стойкость?
– Да.
– Значит, это и правда был ты… ты ее создал. Ты нашел для нее улишша. Хм. Наверное, и воспоминания у него забрал тоже ты? И это ты привел ее к «ночникам»! Но зачем?
Шэд только улыбнулся. А до меня неожиданно дошло.
– Да нет… черт! Только не говори, что ты специально ее готовил… и то письмо… ты ведь читаешь души! И мысли наши видишь, включая те, к которым мы и сами не любим возвращаться!
– Ниис был болен, – невозмутимо отозвался сборщик душ. – Очень серьезно болен. До смерти ему оставалось всего несколько месяцев, поэтому предложенные мной тридцать лет спокойной и полноценной жизни стали для него ценным подарком. В обмен он