Начальник острова Врангеля стр. 12
о снаряжении для этого экспедиции. Раньше никак не получалось — не было средств и сил у молодой страны.
И вот все решено, выделены деньги, посланы телеграммы на Дальний Восток, уже не за горами навигация в Северном Ледовитом океане, а ни судна, ни даже руководителя экспедиции еще нет. У Красинского опять заломило в висках. Если правительственное задание будет сорвано, отвечать придется ему.
Во все, в каждую мелочь надо вникнуть самому, нельзя ни на кого положиться. Нашелся в Москве один товарищ, вроде бы по-дружески стал предупреждать: «Вы, Георгий Давидович, любите командовать, считаете, что в каждом деле разбираетесь лучше других. Но эта черта
вашего характера однажды вас подведет. Потому что серьезный, умелый и умный, самостоятельно думающий человек не станет работать с вами. Вам нужны исполнители ваших замыслов, а не равноправные товарищи. А уж людей, которые в чем-то разбираются больше вас, вы никогда не позовете. Почему, к примеру, организацию экспедиции во Владивостоке поручили какому-то уполномоченному Госторга? Он, конечно, будет стараться выполнить ваши указания, но уверены ли вы в нем? Куда полезнее было бы поручить дело Давыдову».
Красинского тогда задели эти слова. Зачем тут нужен Давыдов? Он и сам хорошо знает Север, знает, что предпринять и как. А исполнители по-своему полезны. Под его руководством они всю черновую работу сделают. Надо только следить за каждым их шагом. И все пойдет по плану, все будет прекрасно. Никто не может упрекнуть Красинского в том, что он когда-нибудь сорвал важное задание, не выполнил государственное поручение.
Вошел уполномоченный с тремя тощими папочками в руках, остановился в дверях. Красинскому это не понравилось. Он приказал резко:
— Подойдите поближе.
— Вот… Три кандидатуры. Через полчаса люди будут здесь. Ознакомьтесь с их личными делами, тут собраны все справки, характеристики.
— Только трое? Больше нет желающих? Никого больше не нашли на всем Дальнем Востоке?
— Ну, знаете, — уполномоченный развел руками. — Все течет, все меняется. Многих отпугнул срок поездки — два-три года. У каждого свои соображения, надо с ними считаться.
— Хорошо, хорошо, — поморщился Красинский. — Давайте бумаги, я посмотрю.
Он внимательно прочитал биографии, характеристики. Итак, трое. Моряк Семенихин, учитель географии Серебрянский, работник Госторга Ушаков. Одному тридцать шесть, второму под пятьдесят, третьему всего двадцать пять. М-да… Моряк, пожалуй, подойдет.
— Зовите Семенихина.
Вошел громадный мужчина в морской форме. Он шумно придвинул стул, сел напротив Красинского.
— Я готов, — трубно произнес он. — Хоть завтра.
Красинский придирчиво посмотрел на моряка.
— Как вы себе представляете жизнь на острове?
— Очень просто. Приехали, поселились, пригляделись. Чукчи охотятся, я берегу припасы. Они мне шкуру, я им — товар. Хорошо охотятся, много товаров получают. Плохо охотятся — сосут лапу.
— Как, как?
— Дисциплина. Без дисциплины нельзя. Человек без дисциплины портится. У нас дело государственное, так?
— Разумеется.
— Будьте спокойны, они у меня будут по струнке ходить. Приказ — и точка.
Красинский улыбнулся.
— А если, предположим, пурга. Какие будут приказы?
— Отдыхать. Для восстановления сил организма.
— Да-а-а… Вы, конечно, понимаете, что наша задача — не только заселение острова. Надо приобщать малые народности Севера к новой жизни. Надо их учить, воспитывать…
— Все будет, — перебил Красинского моряк. — Приобщу в лучшем виде. По-военному.
Красинский зло посмотрел на уполномоченного.
Ничего себе, подобрал людей. Разве можно этого солдафона посылать