Над уровнем моря стр. 11
такая связь, что нервы другой раз не выдерживают. Бросил я это безнадежное дело, послал радиограмму в Беле, чтобы все наличие людей немедленно уходило в тайгу, на поиски. Кроме того, заказал вертолет и попросил обком партии, чтоб помогли его скорей выбить. Сам сел на катер и поплыл. Какого это числа было? Да, девятого, в четверг.
Шестьдесят километров, далеко ли. Прибыл. Мои все в поисках, а этот Жамин тут. Убежать ему некуда, хотя он поначалу и рвался в тайгу. И зря удерживали - он сразу бы свою вину обнаружил. Смотрю на него и опять думаю: зверь! Глаза едят просто, и рожа вся зачернела под черной щетиной. Брови рассечены, глаз один заплыл, а под ним желтое пятно. Очень может быть, что они там, в тайге-то, из-за пустяка поссорились, а все эти "бывшие" свирепеют моментально и не помнят себя. И тут еще одна подробность - у причала шепнули мне, будто у Жамина отобрали нож, посмотрели под лупой и заметили кровь. Короче говоря, дело темное, даже очень.
Что ж, милиции нет, но порядок-то должен быть. Собрал я кой-кого из здешних и сразу снимаю допрос. Он сидит на земле, на меня не смотрит, все на озеро да на горы, только иногда как глянет в глаза - ну, думаю, не хотел бы я с тобой в тайге вдвоем остаться, без свидетелей.
- Расскажи, как было дело, - говорю я, покончив с обязательными формальными вопросами, но подозрение закралось сразу, потому что он начал что-то крутить с фамилией - будто он и не Жамин. - Рассказывайте по порядку!
- Да что рассказывать-то? - отвечает. - Я думал, он давно здесь.
- Вы подрались там?
- Вот еще!
- А почему же лицо у тебя побито? А? Почему?
- Почему, почему!..
- Ну? - не отстаю я.
- Ночью лез по круче и ободрался. Чувствую - врет. Царапины были бы, а у него кровоподтеки, и глаз заплыл. Про глаз он сказал, что клещ в тайге
впился, но я сразу понял, что он крутит. Нет, надо его щупать разными вопросами.
- Вы зачем шли?
- Жиры и сухари кончились. Из консервов одна сгущенка осталась, и то не хватит.
- А работы там еще много?
- Начальник говорил, что на неделю, самое большее - на десять дней.
- Так. Но ты не ответил на вопрос. Ты-то лично почему ушел из партии?
- Расчет брать.
- Раньше срока?
- Ну да.
И тут я понял, что начинаю ловить его. Какой-нибудь вопрос все равно должен был его раскрыть, а как же иначе? Смотрите - он же не мог брать у меня расчет, если наряды не закрыты, а все они в партии. Без денег этот народ не уходит. И паспорт его был передан Симагину, а куда он без паспорта? Я решил постепенно вести допрос. Спрашиваю:
- Как же ты без расчета ушел?
- Инженер нес ведомость.
- Может, ты даже знаешь, сколько тебе причитается?
- Вез вычетов двести десять рублей с копейками.
- За месяц?
- А вкалывали-то мы как?
- Это еще надо проверить... Ладно, говори, где Легостаев?
- А я знаю? Кричал, кричал