Библиотека

Наследие греха стр. 102

Размер шрифта
-
+
Тема

страстно желал снова услышать ее голос.

Подняв голову от письма, викарий даже удивился тому, как сильно потемнело в комнате. Свинцовые тучи закрыли небо, поглотив яркий свет летнего дня. Над крышами домов к востоку от гостиницы свинец сменялся грозным пурпуром, а когда Арчери начал складывать письмо, яркая вспышка молнии на миг озарила комнату холодным светом, в котором слова на бумаге показались ему особенно отчетливыми, а собственные руки – мертвенно-бледными. Раскат грома настиг его, когда он уже подходил к лестнице, а его отголоски еще продолжали с ворчанием кружить по старому дому, когда он входил к себе в номер.

В худшем случае она просто откажется говорить с ним, вот и все. Да и то не сама, а через своего итальянского дворецкого. Ни о каких личных упреках не может идти и речи – эффект слов, переданных через третье лицо, будет даже сильнее.

– Форби-холл. Резиденция мистера Примеро, – послышался в трубке ровный мужской голос.

Трубку действительно снял дворецкий. Итальянский акцент искажал каждое произносимое им слово, и только фамилии владельца он придавал истинно латинскую звучность.

– Я хотел бы поговорить с миссис Примеро, – сказал священник.

– Какое имя мне следует назвать, сэр?

– Генри Арчери.

Кто знает, возможно, ее мужа не будет рядом, когда ей сообщат о его звонке. Люди, живущие в огромных домах с множеством комнат, как эта пара, имеют обыкновение проводить время порознь: он в библиотеке, она в гостиной… Она пошлет к телефону дворецкого с ответом. Тот, как иностранец, наверняка лишен чутья английского языка, и это даст ей определенную свободу. Она попросит его передать звонящему что-то внешне вежливое, но утонченно-жестокое, а дворецкий, не ощутив жала глубоко скрытой насмешки, скажет все как есть.

Тут священник услышал приближающиеся шаги – они эхом раздавались в огромном холле, который описывал ему Чарльз. В трубке затрещало, наверное, из-за грозы.

– Алло? – услышал он голос, который принадлежал не дворецкому.

Генри тщетно пытался выдавить хоть звук из горла, ставшего вдруг сухим, как кость. Почему он не прорепетировал заранее? Потому ли, что был абсолютно уверен – она не подойдет?

– Алло, вы еще здесь? – спросила Имоджен.

– Миссис Примеро…

– Я уж подумала, вам надоело ждать. Марио не торопился.

– Конечно, я вас жду. – Дождь ударил в окно тяжелой струей и зарыдал в полотнище стекла. – Я хочу принести вам свои извинения за сегодняшнее утро. Это было непростительно.

– Вовсе нет, – сказала женщина. – Я вас уже простила – за это утро. К тому же вы ведь ничего не сделали, просто были рядом, и все. Зато другие наши встречи – вот они кажутся мне не то чтобы непростительными – скорее непонятными.

Викарий живо представил себе ее трогательный беспомощный жест – маленькие белые руки разлетаются в стороны.

– Любому человеку неприятно ощущать, что его использовали, – продолжала она. – Вот и мне – не больно, нет. Я вообще куда более толстокожая, чем, например, Роджер. Зато я избалована и люблю покрасоваться, а теперь у меня такое чувство, как будто меня пинком сбросили с пьедестала. Впрочем, мне это на пользу.

Арчери медленно произнес:

– Мне так много нужно вам объяснить. Я думал, что смогу сделать это по телефону, а вот оказалось, что нет. – Он лукавил: ярость грозы облегчала ему задачу, благодаря

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.