nD^x мiра стр. 538
врачами и спрашивала, но они были очень заняты, нервничали. Я не обижалась, я же понимаю, что им очень тяжело. А по ночам я плакала, обнимала тигра, а он молчал. Он все знал, но не хотел говорить или не мог.
Приехала мама Павлика, она нашла меня. Я сразу все поняла и заревела, а она успокаивала меня, говорила, что ему больше не больно. Почему взрослые не могут сказать правду, он же умер! Я знаю, что он умер!
Она мне подарила его машинки, синюю и красную. Они у меня, я не разрешаю с ними никому играть и сама не играю. Мама тревожится, когда видит меня с ними. Я понимаю, но маме нечего бояться, я просто ставлю их на стол и смотрю, а еще вспоминаю Павлика. Мама думает, что я не понимаю, что такое смерть, а я знаю, я ее видела. Там много людей умерло, их убили эти бомбы.
Но зачем же бросать бомбы на людей, на детей? Дети же никому ничего плохого не сделали! Пусть взрослые сами дерутся друг с другом, но далеко от нас. Почему они не могут выбрать какое-нибудь заброшенное поле и драться там? Когда я смотрю на эти машинки, я постоянно думаю об этом. И плачу, иногда громко, мама не может меня успокоить. Тогда Женя уводит меня гулять далеко, тут есть рядом лес. В нем тихо и хорошо, вот бы его никто и никогда не нашел, тогда бы мы смогли здесь жить, все вместе, без бомб.
Глава 17. Черная птицаЯ жила в небольшом доме. Там было пятнадцать детей, кто-то из больницы, остальных нашли на улице. Я, как и старшие, следила за малышами, играла с ними, кормила – работы было много. Очень уставала, ложилась спать и тут же засыпала.
Мне снилась мама и папа, как мы гуляем вместе, а я ем мороженое. Я бы все мороженое отдала бы, чтобы
мама и папа были рядом, никогда бы его не ела больше. Сон был всегда один, после него я долго плакала в тигра. У нас все плакали, но тихо, чтобы не разбудить малышей. Сейчас пытаюсь вспомнить, где я гуляла с мамой и папой во сне, и не могу. Мы просто гуляли где-то, наверное, в нашем городе. Мне иногда страшно, что я забыла наш город, наш дом, но мама расскажет что-нибудь смешное, и я все быстро вспоминаю.
К нам несколько раз приходили дяди в военной форме. Они обычно привозили еду и лекарства, что-то чинили, я была занята малышами и не следила за ними. У них своя работа, а у меня своя. Один дядя очень интересовался моим тигром, и я ему рассказала, как тигр спас меня, защитил от взрыва. Нарисовала осколки, которые вытащили из тигра. Дядя очень серьезно слушал и попросил меня дать ему тигра на один день. Он обещал, что вернет его очень скоро. Я отдала, не стала спрашивать, зачем он ему нужен. Я же понимаю, что идет война и надо слушаться, а жадничать и капризничать буду потом, когда вернусь домой. Хотя нет, не буду. Никогда больше не буду капризничать.
Дядя не обманул, он привез тигра через день рано утром. Он очень торопился,