Не время для шуток стр. 42
Ушла с Танюхой пальто покупать, – говорить об этом Сереге не хотелось. – Че вы тут снимать-то собрались?
Маканина закусила губу.
Как бы ему об этом получше сказать? Галкин, конечно, тормоз, но не дурак, его сказкой о стенгазете не обманешь.
Олеся молчала. Серега хмуро смотрел на нее. Щелкал фотоаппарат. Зверьку, наконец, надоело позировать, и он залез в груду опилок.
– Ты, это… – Галкин откашлялся и таким же хмурым взглядом посмотрел в окно. – Если что, скажи, я за тебя любому морду начищу. Обижать никому не дам!
От неожиданности этого заявления Маканина отвела взгляд и встретилась с удивленными глазами Смоловой. Наверное, она была единственным человеком в классе, кто не знал всю эту историю с вечеринкой и Лизиными наговорами. Аня смущенно потупилась и стала нажимать разные кнопки на фотоаппарате.
– Спасибо, конечно, – заторопилась Маканина, понимая, что этот разговор может далеко зайти. – Но пока ничего не надо. Я, если что, и сама справлюсь. Смолова, шевелись, а то всех птичек пропустим.
Аня оторвалась от небольшого экранчика, на котором мелькали отснятые кадры, и непонимающе посмотрела на одноклассников.
– Стенгазета! – придушенным шепотом произнесла Олеся и сделала такие страшные глаза, что Смолова сразу все вспомнила и вскочила.
– А еще придешь? – маленький Васька с завистью смотрел на фотоаппарат в Аниных руках. – Надо Васе фотографии показать. – И он кивнул в сторону шиншиллы.
– Ты его своим именем назвал? – решила уточнить Олеся. Выходит, она оказалась права, в доме Галкина два грызуна и оба – Васи. Один спиногрыз, другой – орехогрыз.
– Шевелись! – потянула она Смолову за собой, иначе Аня так бы и наблюдала за перемещением зверька по аквариуму. Видимо, общение с Васями доставляло ей небывалое удовольствие.
Комнат в квартире Галкина оказалось две, одна из них проходная. Они протиснулись по узкому проходу, по заваленной книгами дорожке между пианино и шкафом, делившим комнату на две части, потом перелезли через оказавшиеся на дороге два стула («Это Танюха свою комнату баррикадирует»), в темноте, на ощупь прошли по узкой тропинке между двумя кроватями и добрались до балкона.
Здесь было, на удивление, просторно, стояло сломанное кресло, под ним валялась кучка пивных бутылок. Рядом с балконом росла береза. Листья на ней уже облетели, поэтому двор она не загораживала. Наоборот, сквозь ее тонкие ветви все было хорошо видно. Олеся послала Галкина за пледом – через минуту пребывания на улице Смолова снова начала дрожать, а сидеть им, может быть, придется долго. Серега ушел и пропал, так что Маканина смогла спокойно объяснить, чего она хочет.
– В доме напротив живет Рязанкина. К ней непременно сегодня придет Васильев. Вот мы их вдвоем и заснимем.
– А других мы где будем искать? – без всякого воодушевления спросила Аня и шмыгнула носом.
– Все, кто нужен, будут здесь. – Олеся постаралась вложить в свой голос как можно больше уверенности. Но она и сама уже не знала, как распутаться с Аней. Ведь потом надо будет как-то эти снимки забрать, напечатать и успеть сегодня же подкинуть в почтовый ящик Курбаленко.
Ничего толкового в голову не приходило, поэтому Маканина уставилась во двор.
Сначала пробежали две девочки с собаками, мамаша с коляской прошла в сторону парка, высокий худой пацан минут