Библиотека

Небесная музыка. Луна стр. 200

Размер шрифта
-
+
Тема

– говорит она укоризненно.

– Прости, мама, – под маской не видно, но кажется, будто он улыбается. – Но тебе же не нравится моя музыка.

– Потому что она вульгарная, – соглашается Элинор. – Бесконечный шум и рев вместо вокала.

– Мы сто раз это обсуждали, – мягко укоряет ее Ричард.

Диана заканчивает песню, и ей громко хлопают – все знают, что это дочь Мунлайта. И все хотят показать, насколько сильно его уважают.

Николас, твоя дочь не хочет профессионально заниматься вокалом? – спрашивает Элинор, игнорируя Эмму. – Или ты все так же считаешь, что певец – это плебейская профессия?

– Считаю, – подтверждает Мунлайт. – Но я готов вложиться в нее, если у меня будут какие-то гарантии насчет того, смогут ли окупиться мои вложения.

– Она неплохо выглядит и неплохо поет, – пожимает плечами Элинор. – Не помочь своей дочери с твоими возможностями, Николас, настоящее преступление.

Хоть Эмма и терпеть не может певицу, но сейчас полностью с ней солидарна. Однако она не встревает в разговор – знает, что муж этого не любит.

– Настоящее преступление – тратить деньги впустую, – раздраженно отвечает Мунлайт, однако это совершенно не пугает Элинор.

– Если твоя девочка любит музыку – а я чувствую в ней родственную душу, то однажды она просто бросит все и вырвется из твоей золотой клетки, – заявляет Элинор. Кажется, она – одна из немногих, кто может себе позволить разговаривать с Николасом Мунлайтом в подобном тоне. – Сколько бы я ни запрещала заниматься музыкой своему сыну, в один прекрасный момент он просто сбежал из дома. – Она гладит Ричарда по светлым волосам, словно мальчика. – Лучше бы тебе поддержать ее.

– Если уж становиться певицей, – вдруг говорит Мунлайт, – то твоего уровня. На меньшее я не согласен.

– Я начинала петь по барам, – весело отвечает Элинор. – Потому что мне нужны были деньги. Мой отец умер, когда мне было двенадцать. А отец Дианы – жив. И фантастически богат.

Она пьет из своего бокала и почему-то звонко смеется.

Когда на какой-то миг супруги Мунлайт остаются наедине, Эмма невзначай спрашивает мужа:

– Что ты решил насчет Дианы?

Тот задумчиво касается подбородка, и по его взгляду Эмма понимает, что тот поможет их дочери.

Обман сработал.

Эмма чувствует себя злой морской колдуньей из «Русалочки», но успокаивает себя, что делает все ради их с Дианой благополучия. Она не намерена уступать Валери и Милдред.

* * *

Это выступление пролетело словно миг. Пронеслось, будто падающая звезда, расчеркивающая светом небо. И воспоминания о нем остались хоть и яркими, но рваными.

... Вот я выхожу на оркестровый балкончик, с высоты взирая на огромную толпу людей в смокингах и шикарных нарядах. Вот беру в руки микрофон, слушая стук собственного сердца и боясь, что меня раскроют, едва услышат голос. Вот пространство заполняется густым мягким звуком, в свое время покорившим миллионы людей.

Я знаю, что на меня смотрят, знаю, что ждут, когда я запою. А, стоп – не я, а Диана Мунлайт. И я не должна ее подвести. Мне нельзя лажать.

«Ты сможешь, детка», – говорю я сама себе и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.