Небесная музыка. Луна стр. 276
Она велит принести завтрак на ее любимый балкончик, выходящий во внутренний дворик. Там ее ждут круглый столик и плетеное кресло с пледом – сегодня ветрено, а Диана часто мерзнет.
Завтрак проходит спокойно и почти успокаивает. Однако когда Диана выходит в коридор, чтобы пройти обратно в свою комнату, она сталкивается с... Санни Ховард.
Огненно-рыжие волосы собраны в высокий дерзкий хвост, медовые глаза странно сверкают, губы плотно сжаты. И кулаки – тоже.
– Ты?.. – только и спрашивает Диана, для которой эта встреча – неожиданность. Санни Ховард здесь, в еедоме. На ее территории!
– Я. Да, это я, – звонко говорит Санни, и Диана слышит в ее голосе волнение и даже ярость.
– Неожиданно. Что... ты тут делаешь? – осторожно спрашивает Диана.
По сердцу проводит ржавым стилетом внезапная догадка. Неужели отец ее позвал?! Но ведь отец в Китае...
– Не строй из себя идиотку, Мунлайт, – Санни смотрит на нее, сдвинув брови. – Не могла придумать ничего другого? Боже, это так жалко!
Диана тоже почему-то начинает злиться, хотя ничего не понимает.
– Жалко? – хрипло переспрашивает она, вновь ненавидя свой голос. И то, что Ховард пела вместо нее на благотворительном вечере, действительно кажется ей жалким. Наверняка Ховард считает ее конченой идиоткой.
– Жалко. Я понимаю, что тебе тяжело. Но ты должна бороться, а не поступать... так. Это нечестно. Грязно. – Санни на секунду закрывает лицо ладонями. – Или богатенькие девочки не привыкли бороться? Им все нужно получать на золотом подносе?
Диана молча смотрит на рыжую. Что она несет?
– Или... Или ты думаешь, что деньги решают все? – спрашивает Санни с отвращением.
Диана не понимает, что имеет в виду Ховард. Может быть, ей мало заплатили за то проклятое выступление? И она пришла требовать еще? Тогда отец прав, тысячу раз прав: если бедные вцепятся в успешных людей, то уже никогда не отпустят, как клещи жертву. И от них придется избавляться. Иногда жесткими способами. Потому что иначе – не выжить.
– Тебе мало заплатили? – спрашивает Диана, которую тоже вдруг охватывает ярость. И Санни видит, как искажается ее хорошенькое лицо.
– Что?.. – переспрашивает Ховард, и кровь приливает к ее щекам. – Повтори. Что ты сказала?
– Хочешь еще денег? – ровным голосом спрашивает Диана, не понимая, что копирует отца. –
Без проблем. Мне не жалко.
Глядя прямо в лицо Санни, она снимает с тонкого запястья браслет с бриллиантами и белыми сапфирами, который стоит огромную кучу денег, и кидает на пол –
к ногам Санни.
– Бери, – говорит Диана и снимает серьги – в виде изящного полумесяца, усыпанного бриллиантами, их она тоже кидает на пол. – Бери, мне не жалко, милая, – повторяет она, не замечая, как тяжело вздымается грудь Ховард.
– У меня в комнате есть еще...
Санни вдруг во всего размаха дает Диане пощечину – никто никогда не бил ее, даже отец. И она скорее от изумления, чем от боли, застывает.
Они смотрят друг на друга с ненавистью. Санни сжимает кулаки, Диана недоверчиво касается горящей щеки – не сразу осознает, что ее ударили...
– Что ты делаешь?! – вдруг разрывает наступившую