Небесная музыка. Луна стр. 300
спешно надевает маску холодной и невозмутимой гордости Лилит, хотя под ее коленными чашечками снова холодно.
– Это моя мама, – достает телефон Октавий и показывает фото знаменитой певицы Элинор Фелпс.
– Я знаю, – кивает Лилит. О том, кто мать Ричарда, знали не только поклонники «Пепельных цветов», но и все вокруг. Многие считали, что именно Элинор отправила сына в мир большого шоу-бизнеса и проложила ему дорогу к славе. Уже спустя несколько лет после распада группы, когда Лилит и думать о ней забыла, она случайно увидела интервью с певицей, в котором та прямым текстом говорила, что была против музыкальной карьеры сына.
«Я хотела, чтобы он был врачом, – запомнились Лилит ее слова. – Как мой брат, как мой отец, как мой дед и как мой прадед. Я родилась в династии врачей и хотела, чтобы мои дети продолжили ее, раз уж у меня этого сделать не получилось».
Представить Октавия врачом у Лилит не получалось. Наверное, если бы он был доктором, то самым привлекательным, а женщины выстраивались бы в очередь, чтобы стать его пациентками.
– Моя мама крайне озабочена моей личной жизнью, – продолжает Октавий. – Вернее, ее отсутствием.
– У тебя нет женщин? – простодушно спрашивает Лилит. Ее темные глаза расширяются, и она восклицает: – Ты гей?
– О, Дева Мария, нет, – морщится Октавий. – Хватит сочинять обо мне небылицы. Дослушай до конца. У меня сейчас нет официальной подружки.
– А была? – снова перебивает Лилит.
– Была, – отвечает он с некоторой запинкой – ясно, что о своей личной жизни говорить с незнакомкой ему не хочется.
– И кто? Обычно тебя шипперят с Визардом, ну или с Кезоном, – зачем-то вспоминает она о фанфиках. Выражение лица Октавия становится непередаваемым – это целый спектр эмоций: от осуждения до жалости.
– Уверяю тебя, Лилия...
– Я Лилит! Ли-лит! –
возмущенно кричит девушка. Да какого фига он не может запомнить ее имя?!
– Я буду звать тебя просто Лил, – отмахивается Отавий.
– А я тебя – Сладким.
Он сумрачно на нее смотрит, но предпочитает не вступать в полемику по поводу прозвищ.
– Вернемся к началу разговора.
– Да-да. Что ты хотел?
– Стань моей девушкой.
Лилит озадаченно смотрит на Октавия.
– Что ты сказал? – спрашивает она, думая, что ей послышалось.
– Стань моей девушкой, – спокойно повторяет он.
– Всего-то? – уточняет Лилит. В ее голове взрываются праздничные салюты, а на лице сама собой появляется улыбка.
– Положим, стать моей девушкой не слишком-то и просто, – ухмыляется Октавий. –
Это эксклюзивноепредложение.
– Мне надо подумать, – кокетливо отвечает Лилит, пытаясь скрыть свое радостное недоумение. Что он от нее хочет?! Видит в ней свою подружку? Да ладно...
– Подумать? – приподнимает бровь Октавий. – Что тут думать? Он явно был уверен в ее немедленном и безоговорочном согласии.
– Прикинуть плюсы и минусы, – глядя на него влюбленными глазами, говорит Лилит.
Октавию не слишком нравится ее ответ, и по смеющимся глазам менеджера Лилит понимает, что музыкант не привык к отказам. Но так просто она согласиться не может. Хоть быть девушкой Сладкого хочется до