Небесная музыка. Луна стр. 317
Октавий, который тоже успел выйти из машины.
– Кто?! – пытается прикрыться опешившая Лилит.
– Нижнее белье, – кашляет он в кулак.
– Что?! Боже, только не это...
На Лилит – белоснежные бесшовные танга, ничего особенного, но она ужасно смущается и пытается прикрыться. Видя ее смятение, почему-то смущается и сам Октавий, хотя только что он с интересом рассматривал разрез и все то, что было видно в нем.
– Предлагаю тебе переодеться, – сообщает Октавий, смотря не на Лилит, а куда-то в сторону.
– Во что?! Мое платье! Я должна переодеться в свое платье! – вспоминает Лилит про пакет со своей одеждой. Однако ее радость преждевременна – видя такой разрез, Лилит понимает, что теперь не сдаст пудровое чудо обратно в магазин. Ею овладевает настоящее отчаяние – столько денег потрачено впустую. Она даже случайно всхлипывает от горя. Октавий же воспринимает этот всхлип ошибочно.
– Перестань, – говорит он. – Разное случается. Подумаешь, порвала. Я, можно сказать, ничего и не видел.
– Но как же так?! – вскидывает руки к потолку подземной парковки Лилит. – Как так?!
Разрез снова расходится, и Октавий опять видит то, чего не должен был видеть. И ухмыляется про себя.
– Сейчас достану твое платье, –
говорит он и идет к багажнику. Мгновение – и пакет с одеждой Лилит у него в руках.
– Ты прямо здесь переодеваться будешь? – спрашивает он. – Если что, тут камеры. Может быть, поднимешься ко мне?
Лилит так разочарована тем, что упустила столько денег и осталась с идиотским рваным платьем, что соглашается, не подумав, что переодеться можно было и в машине. И уже спустя минуту они оба стоят в зеркальном лифте. Лилит прикрывает разрез руками и трагично вздыхает.
Ее телефон снова вибрирует – и снова Бен.
– Как же мне он надоел, – вздыхает Лилит.
– Кто это? – спрашивает Октавий.
Лифт стремительно несется вверх – зеленым цветом зажигаются номера этажей.
– Так, один придурок, – откидывает назад волосы Лилит.
– Настойчивый поклонник?
– Болезненно начтойчивый, – фыркает она и делает вид, что ее тошнит. Тогда Октавий вдруг берет из ее руки телефон и отвечает на звонок – Лилит и пикнуть не успевает.
– Хватит звонить моей девушке, приятель, – говорит он. – Иначе мне придется провести с тобой серьезную беседу, после которой я не уверен, что ты останешься цел.
На этом Октавий довольно отключается.
– Видишь, – словно успокаивая себя, говорит он. – От нашего союза тебе одна польза. Отшил твоего поклонника.
– Я и сама могу его отшить, – отзывается Лилит, ловя себя на том, что рассматривает его руки, переплетенные голубоватыми венами. Ее Сладкий стал совсем взрослым...
Она первой выходит из лифта.
Квартира Октавия, в которой, по всей видимости, он бывает крайне редко – только когда приезжает в Нью-Корвен, так же огромна и так же не лишена изящества, как и апартаменты его матери. Над квартирой явно работали дизайнеры, но это не величественный ампир, а что-то близкое к минимализму. Все вокруг лаконично, пропорционально, просто и точно. Не квартира, а стерильная операционная, в которой все блестит и сверкает. Днем тут много света –