Негр Артур Иванович стр. 198
Тебе девушка чего сказала?
Их окружили четверо парней. Черт, а Иванушка заблудился в переулках.
– Гля, черномазый попался, – обрадованно воскликнул самый хлипкий.
– Ребята, ребята... – залепетала Даша, утирая слезы.
– Отойди, девушка, мы ща разберемся с чернилой, – наступал, видимо, главарь. – Ты чего к нашим девушкам пристаешь, чернило?
– Ребята, это мой муж, – влезла между ними Даша.
– Муж? – хихикнул первый. – Это чернило?!! Тогда ты сука.
К счастью, завизжали тормоза – подъехал Иван, поспешил на помощь:
– Эй, братва, в чем дело?
– Ну, ты, пацан, вали отсюдова, в натуре, – блатным тоном сказал третий.
– Ты как меня назвал, чмо? – поставил руки в бока Иван, запрокинув слегка назад голову, чем выказывал свое пренебрежение. – Какой я тебе пацан, неуч?
Раздался свист. Хлипкий схватил Дашу сзади за локти и держал. Остальные накинулись на Ивана и Артура. Началась самая банальная уличная драка без правил.
Два брата с небывалым удовольствием били парней, однако получали и сами. Даша попыталась кричать, но хлипкий зажал ей ладонью рот. Она укусила его, а потом изо всех сил ударила каблуком по голени, тот взвыл
громче сирены. А Даша ринулась в самую гущу драки и моментально получила удар неизвестно от кого, упала на тротуар. Артур рассвирепел по-настоящему, с Иваном они уложили парней (вот где пригодились знания борьбы), а Ваня вынул пистолет и прорычал больше для вида, наводя оружие на каждого по очереди:
– Кому первому пулю всадить в лоб? А? Кому? Ща стрелять буду!
Парни не стали дожидаться выстрелов, подскочили и дружно понеслись по улице, топоча по тротуару, как большой табун лошадей. Хлипкий хромал и подвывал от боли, но бежал, не отставая от хулиганов. Артур помог подняться Даше:
– Целая? Почему ты всегда лезешь, дуреха, куда не надо? Куда попали?
– В глаз! – огрызнулась она. – Может, ты и врезал, откуда мне знать?
В машине включили свет, Иван присвистнул:
– Дашка, дней десять на улицу не покажешься. Завтра затмишь солнце фонариком. Ух, ты, око заплыло, одна щелочка. Как быстро...
– Ей не привыкать, она уже была Нельсоном, – сказал Артур, потряхивая кистью руки. – Черт, руку разбил об чьи-то зубы. Ну, мы дураки... взрослые люди... с пацанами... Дураки!
Они переглянулись и вдруг, ни с того ни с сего, втроем и хором, совершенно неожиданно принялись хохотать. Что у них там внутри переломилось – неизвестно, но определенно что-то переломилось.
Да им эти ребята необходимы были! Хохотали без удержу, долго, до слез.
* * *Вот когда оцениваешь жизнь и все, что с нею связано, радуешься мелочам вроде безоблачного утра, чирикающего воробья и прочей ерунде, к которой привыкаешь, считая повседневностью, и в дни обычные просто не замечаешь. Сбросив груз с плеч, Артур чувствовал себя вполне счастливым, мчался по городу, только и задерживаясь взглядом на мелочах, ранее не существовавших для него. Дашка вновь не отходит от зеркала, любуясь синяком и делая примочки, а ругается... особенно, если слышит кличку «Нельсон». Впрочем, результат позавчерашней драки очевиден: получили разрядку, выплеснули негативные эмоции. А сегодня Артур подскочил как от укуса: работа! Дашка провожала его уныло, одной ей не хотелось оставаться. Он поставил ее на стул и скомандовал:
– Разбирай антресоль, там ты много